– Подходяще, – кивнул Пастух.

– Шахта там? – спросил Боцман, показав на бетонную стену с двумя массивными железными люками.

– Точно. Эти люки ведут в шахту. На каждый лифт по люку. Наш справа.

Все вместе они подошли к стене, и Пастух попытался открыть правый люк, но он не поддался. Тогда они поднапряглись втроем и общими усилиями, с кряхтением сняли задвижку. Люками, по всей видимости, давно не пользовались, и они успели хорошенько проржаветь.

Пастух заглянул в шахту. Двадцать пять этажей впечатляли. Аж дух захватывало. От мысли, что предстоит кататься на крыше лифта по этому колодцу смерти, сердце его сжалось. Вслед за Пастухом туда же посмотрели Муха и Боцман.

Муха вздохнул.

– Что, брат, жутко? – сочувственно произнес он.

– А что, хочешь сам попробовать?

– Да нет, спасибо, я как‑нибудь уж здесь… – Ты лучше скажи, Муха, – напомнил Боцман, – как высоко ты сможешь подогнать кабину? Не прыгать же туда.

– Давай проверим, – предложил Муха.

– Давай.

Боцман вышел из аппаратной, спустился по лестнице к лифтам, нажал кнопку вызова правой кабины и снова вернулся в аппаратную. Как только лифт поднялся наверх, Муха отключил питание и зафиксировал кабину.

– Ну как?

Пастух заглянул в шахту – кабина висела метрах в трех внизу.

– Это терпимо, – кивнул он. – Ну, я полез. Ухватившись за трос. Пастух проворно спустился на крышу кабины лифта, прочно там закрепился, потом присел, включил фонарь у себя на голове и принялся тщательно осматривать кабину. Нашел две съемные крышки, ослабил крепящие их винты, проверил декоративную решетку под ними, убедился, что выбить ее можно запросто и препятствие она ему не составит, после чего поставил крышки обратно. Потом он присмотрел, где и как будет закрепляться и как расположится. Лифт был скоростной, и Пастух немного побаивался, что его может просто разорвать на куски, если он за что‑нибудь зацепится во время движения. Но площадь крыши лифта вполне позволяла расположиться без подобного риска.

Пока Пастух все это проделывал, у Мухи в кармане подала сигналы рация.

– "Заяц‑один" вызывает «Мазая»… «Заяц‑один»… – «Мазай» на связи, – откликнулся Муха.

– К служебному входу подошел какой‑то человек, – сообщил Док. – Все давно закрыто, а его собираются пропустить… Не уверен, что это важно, но на всякий случай… Внимание, он вошел.

– "Мазай" понял. Отбой.

Муха отключил второй лифт, а потом подбежал к люку.

– Пастух!

– Что?

– Пристегнись! Я включаю лифт!

– Обалдел?!

– Тебе же нужна была репетиция – давай!.. Все, времени нет. – Он снова отбежал к электрощитку и крикнул:

– Готов?

– Готов, – буркнул не очень довольно Пастух.

– Делай свое черное дело, палач, – вставил Боцман.

– Внимание, включаю!

Муха врубил электричество для правого лифта, на котором был Пастух. Второй так и остался отключенным, так что появившийся через служебный вход человек волей‑неволей вызовет лифт с Пастухом… Муха врубил, но несколько минут ничего не происходило. Все молча ждали.

– Ну, что там у вас? – недовольно проворчал Пастух, и вдруг щелкнуло реле, взвыли электродвигатели, механика клацнула, вздрогнула и лифт пришел в движение.

Быстро набирая скорость, кабина словно провалилась в пропасть и только в наушниках Мухи и Боцмана прозвучало протяжное:

«Э‑э‑эх й‑о‑шь тво‑о‑йу ма‑а‑ать!!!»

Муха и Боцман переглянулись.