Глоттер сел в кресло напротив, вздохнул и виновато улыбнулся.

– Позвольте принести вам извинения за доставленные неудобства и беспокойство, которые пришлось вам пережить, мадам Пастухова, – произнес он на довольно хорошем русском. – Рад видеть вас на борту нашего судна… – Кто вы такой? – тихо, но решительно спросила женщина. – Кто вам дал право похищать людей? Куда вы нас привезли?

– Если не возражаете, я отвечу по порядку. Итак, зовут меня Джозеф. Я здесь в некотором роде распорядитель. Даю вам честное слово, что к вашему похищению из России я не имею отношения и могу только догадываться о причинах этого варварского поступка… – А кто имеет к этому отношение? Я хочу знать! Я требую… – Серые глаза женщины пристально смотрели на Глоттера, губы чуть вздрагивали, она была на грани нервного срыва.

Майор развел руками.

– Трудно сказать. Я всего лишь офицер военно‑морских сил Италии. Несколько дней назад меня… как это по‑русски?.. откомандировали в распоряжение Объединенного военного командования НАТО и направили сюда. Поймите меня правильно, я всего лишь выполняю приказ… У вас болит голова?

Глоттер с сочувствием перевел взгляд на пальцы левой ладони женщины, массирующие висок.

– Немного.

– Я же просил обеспечить вас всем необходимым! Одну минуту… – Он поднялся, открыл дверь, и перед ним тут же появился охранник. – Сходите к доку и принесите что‑нибудь от головной боли. – Он снова закрыл дверь и снова виновато улыбнулся:

– Простите.

Кажется, нервное напряжение начало отпускать женщину, она постепенно оттаивала, и взгляд ее уже был не так колюч и жесток. Кажется, она начинала доверять ему.

– Видите ли, – продолжил Глоттер, – НАТО – это полтора десятка европейских стран, это Америка, это вавилонское столпотворение интересов. Очень трудно понять, что у них на уме… – Вам что‑нибудь говорили о моем муже? – спросила женщина.

– Так вот почему вы здесь! Теперь ясно. К сожалению, я ничего не знаю о вашем муже. Но я вас уверяю, что он жив и здоров. Иначе зачем бы вы им понадобились?

Глоттер старался быть приятным и располагающим. Ему это явно удавалось. Он не знал пока зачем, но надеялся, что это не будет лишним… Женщина молчала, поглаживая девочку и глядя на блеск волн за окном. Наконец майор прервал минутное молчание.

– Знаете что, поскольку вас решили временно поселить на этом корабле, – сказал он, – и таким образом обстоятельства вынуждают меня стать вашим тюремщиком, я постараюсь смягчить ваше положение… Скажите, вы когда‑нибудь бывали в морском круизе?

– Зачем вам это?

– Ну, вы все‑таки находитесь на борту корабля… Кстати, эту красавицу зовут «Марианна». И раз уж так все вышло, постарайтесь хоть немного насладиться морем, морским воздухом. Считайте, что это длительная морская прогулка. Может быть, не очень приятная, но все‑таки… Я распоряжусь, чтобы вам разрешили гулять по палубе.

В глазах женщины промелькнула благодарность – она явно устала от этого непрерывного нервного стресса и страха. Сил для сопротивления ей уже не хватало и поэтому очень хотелось поверить хоть кому‑нибудь. И очень хотелось отдохнуть.

Глоттер понял, что остался только маленький рывок до полного доверия.

В каюту вошел охранник и молча передал Глоттеру таблетки растворимого болеутоляющего средства и бутылку питьевой воды. Майор налил воду в бокал, бросил туда одну таблетку и, когда она со злорадным шипением растворилась, передал бокал женщине. Приняв бокал, женщина вдруг снова подняла на него свой колючий взгляд.

– Откуда вы так хорошо знаете русский язык? – строго спросила она.