— А теперь ты хочешь, чтобы я завтра утром, как ни в чем не бывало, вышел на работу?

— Точно. В завтрашнем утреннем выпуске «Ки-Уэст Ситизен» появится статья, где будет сказано о произведенном аресте, но твое имя упомянуто не будет.

— Ты думаешь, Мерк возьмет меня обратно?

— А почему нет? Никто же не знает, кроме него. И к тому же последнее, что он мне сегодня сказал, это то, как трудно будет найти тебе замену. — Томми посмотрел на тарелку Чака. — Ты сыт?

— Не могу съесть больше ни кусочка, — ответил Чак.

— Тогда почему бы тебе сейчас не позвонить Мерку и не сказать ему, что ты утром выйдешь на работу? В конце концов, мы ведь не хотим, чтобы он тебя кем-то заменил.

— Хорошо. А как я объясню, что я не в тюрьме?

— Скажи ему, что звонишь из тюрьмы, что адвокат устроил твое освобождение под залог и что ты будешь освобожден завтра рано утром, — сказал Томми. — Я буду слушать по отводной трубке.

Чак набрал номер, прозвучали три гудка.

— Алло?

— Мерк? Это Чак.

— Чак? Где ты?

— Я в тюрьме на Сток-Айленд, но меня выпустят завтра утром, так что я хотел сообщить тебе, что буду на работе в девять, как обычно.

— Как обычно? — сказал Мерк. — Чак, когда газеты разнюхают об этом, никто не захочет брать у тебя уроки.

— Томми сделал мне одно одолжение: он не собирается сообщать газетчикам мое имя, так что никто ни о чем не узнает. Кроме тебя, конечно. Я был бы тебе признателен, если бы тоже никому об этом не проболтался.

— Ну конечно, Чак; наверное, ты можешь продолжать давать уроки, пока все тихо. Когда начнется процесс?

— Не раньше чем через несколько месяцев.

— Значит, ты сможешь проработать до конца сезона?

— И даже все лето, если ты согласен оставить меня у себя.

— Ну конечно. Я уже начал искать кого-нибудь тебе на замену, но я теперь прекращу это.

— Спасибо, Мерк, встретимся завтра. — Чак повесил трубку.

Томми снова вернулся в комнату:

— Ты его знаешь лучше, чем я. Каким он тебе показался?

— Растерянным, — сказал Чак.

— Я тоже так подумал, — ответил Томми. — Осталось сделать еще один звонок, на этот раз я сам буду говорить.

Он посмотрел на записанный номер, поднес к губам палец и стал набирать цифры.

— Алло?

— Со мной все в порядке, детектив.

— Я надеюсь, вы почувствуете себя лучше после того, что я должен вам сообщить.

— Я тоже на это надеюсь. Что же это?

— Мы арестовали убийцу вашего мужа.

— Что ж, это действительно хорошие новости. — Последовала короткая пауза. — Это, конечно, Чак Чэндлер.

— Да, мадам.

— Я чувствую такое облегчение. Я не понимаю, что заставило вас так долго ждать; я уж решила, что вы его никогда не арестуете.

— Только недавно к нам попали в руки некоторые вещественные доказательства; нам нужно было их иметь, прежде чем мы могли начать действовать, — объяснил Томми.

— Наверное, вам нужно, чтобы я дала свидетельские показания.

— Да, мадам. Процесс, однако, скорее всего, начнется лишь через несколько месяцев. Адвокат предпримет все возможное, чтобы его отложить.