Их называют в честь кого-то.

И каждый человек на борту потерял кого-то дорогого, чью память хотелось бы увековечить, — кроме Бэрда, конечно, и он был рад, что эта чушь его нисколько не интересует. Дом думал о жене, Маркус — об отце, Коул — обо всей семье, но, скорее всего, о матери. Да, весь отряд размышлял сейчас о том, что хорошо бы почтить память погибших. Геттнер и Барбер, скорее всего, думали о том же, хотя Бэрд не знал, о ком именно.

— Давайте-ка сначала рассмотрим его хорошенько, вдруг там нет ничего хорошего, — предложил Бэрд, пытаясь быть полезным. — Может, нам сразу расхочется давать ему название.

«Вот видите, я могу вести себя с тактом. Я могу быть дипломатичным».

— Леса не вижу, — сообщил Барбер. — Берег изрезан.

— Скала. — Маркус отодвинулся от пулемета и поднялся во весь рост, глядя на остров в бинокль. — Бэрд прав. Просто серая скала.

— Эй, смотрите, в воде тоже плавает какая-то серая дрянь. Пемза. Значит, здесь действительно недавно было извержение.

Маркус издал негромкое ворчание, но не обычное, которым он выражал свои эмоции, — это была невольная реакция на нечто, увиденное им в бинокль.

— Вот черт! — произнес он в конце концов. — Ты видишь это, Барбер?

Барбер настроил объектив фотоаппарата:

— Чтоб мне провалиться! Да.

— Ну а нам-то вы расскажете, в чем дело? — спросил Бэрд.

Но в этом уже не было необходимости. Меньше чем через минуту «Ворон» подлетел достаточно близко к неизвестному острову, и Бэрд увидел то, о чем говорил Маркус.

Под ними тянулся безжизненный утес из темно-серого камня шириной восемь-девять километров, сильно изрезанный, покрытый острыми выступами. Сначала Бэрд решил, что две извилистые полосы, слегка приподнимавшиеся над поверхностью, — это застывшие потоки лавы, принявшие необычную форму, и их стало видно из-за того, что пемзу уже смыло с камней. Но затем, присмотревшись внимательнее, он понял, что где-то уже видел эти корявые «стволы», похожие на лианы.

— Чертовы стебли! — воскликнул он. — Ух ты, не шевелятся.

— Еще одна причина не садиться на остров, — отметила Геттнер. — Хотя, если эти твари вышли на тропу войны, из моря они тоже смогут нас достать.

— Конечно, — сказал Бэрд, зная, что это звучит неутешительно. — Возможно, они тут везде.

— И полипы?

— Полипов не вижу. Только стебли.

Барбер выпустил Джека из кожуха. Бот, похожий на гигантское яйцо, завис у открытой дверцы, развернув металлические «руки». Да, подобное задание определенно следовало поручать роботу.

— Можно мне еще немного испортить вам настроение? — заговорил Барбер. — Никому не показалось, что эти стебли прогрызли себе путь сквозь лаву, а не заползли на нее?

— Ага, — отозвался Маркус, — показалось. — Он повернулся к боту. — Ну, вперед, Джек! Взгляни на это. Только осторожно.

Бот вылетел из «Ворона» и устремился к острову. Геттнер видела изображения, которые Джек передавал на монитор в кабине, но остальные вынуждены были ждать, сгорая от любопытства.

— Только стебли, — говорила она. — Лежат неподвижно. Никакого движения, полипов нет, ничего. О, погодите… нет, это просто чайка. — Птица пролетела высоко над островом, сделала небольшой вираж. — Никакого видимого кратера или дыма, но такие штуки могут появиться без предупреждения прямо у тебя под брюхом и начать выбрасывать целые столбы дыма и пара.