Разговор этот Яник определенно убил, все замолчали. Утро тянулось медленно. Сэм оставалась у пулемета; она прислонилась к нему, положив руку на кожух с таким видом, словно не собиралась уступать его без боя. «Амираль Енка» находился в промысловой зоне, и Бэрд даже без бинокля видел две пятнадцатиметровые рыболовные лодки — крошечные белые игрушечные кораблики с ярко-красными и синими рубками. Судя по их радиопереговорам с Мюллером, сегодня был удачный день.

С одной из лодок, «Триллианта», сообщили:

— Джекпот, «Енка». Через шесть часов набьем трюмы доверху.

Мюллер взял микрофон:

— Принято, «Триллиант». Сколько у вас там?

— Почти сто тонн.

— Надеюсь, там будет кое-что и получше руветы.

Бэрд взглянул в бинокль. На ближайшем траулере вытаскивали сеть — огромный шар, полный трепыхающейся серебристой рыбы. Ни радар, ни часовой не видели никаких признаков пиратов. Но Бэрда это не успокаивало. Судя по всему, топлива у них было достаточно. Вероятно, они просто выжидали подходящего момента для нападения.

— Сэм будет разочарована. — Он опустил бинокль и снова взглянул на радар. — Придется найти ей каких-нибудь сухопутных гадов.

Мюллер вытащил из-за уха остаток сигары и зажег его.

— Ты знаешь, девчонки дерутся нечестно. Мама меня предупреждала. — (Из динамика жужжали голоса рыбаков, разбиравших добычу, которую следовало сложить в холодильник, и обсуждавших угрей и незнакомых рыб, поднятых на поверхность из бездонной расщелины.) — Терпеть не могу эту рыбу-масло. Интересно, им попался хоть один омар?

— Представляю себя на этом месте год назад, — заметил Дом. — Мы бы съели все, включая сеть, и благодарили бы их целый день.

— Я все никак не могу понять, зачем пираты потопили «Улов». Им же суда нужны не меньше, чем нам.

— А тебе известно, сколько местных имеют огнестрельное оружие? Я знаю, что у них…

Дом смолк — раздался приглушенный взрыв, напоминавший далекий раскат грома. Все одновременно оглянулись и увидели столб черного дыма, поднимавшийся над морем примерно в пяти километрах по левому борту. Сэм развернула в ту сторону пулемет.

— Это не просто топливный бак, поверьте мне! — крикнула она.

Мюллер не отдавал рулевому приказаний, но моторы «Амираля Енки» ожили — горасниец просто дал полный газ и устремился к столбу дыма. Взревел сигнал тревоги. Из радиоприемника неслись беспорядочные отрывки разговоров рыбаков, пытавшихся связаться друг с другом.

— Это «Леванто», — повторял один из голосов. — Послушайте, он затонул, это «Леванто», черт побери, я видел, как он затонул.

— Черт! — воскликнул Мюллер, глядя на невесть откуда взявшихся матросов, собравшихся на палубе. — Какого черта, что происходит? Что там такое?

— На радаре ничего, на гидролокаторе — тоже, — ответил рулевой. — Ничего.

— А вдруг это чертовы мины? — спросил Бэрд.

Должно быть, Мюллеру, в отличие от рулевого, это тоже пришло в голову. Тем не менее они на полной скорости неслись туда.

— Говорит «Енка»; всем траулерам, оставайтесь на местах, — произнес старшина в микрофон. — Не двигайтесь, пока мы не разберемся, что к чему. Мы уже в пути. — Обернувшись к Бэрду, он отключил передатчик. — Там слишком глубоко для донной мины, и мне кажется, что кучка пиратов не в состоянии установить якорную мину.

— А что, если это плавающие? — спросил Бэрд.