11

– Вот увидите, охота вам понравится, – говорил Эйкен. – Таких зверей вы еще не встречали. Один дракон меня едва не прикончил во время посвящения в рыцари.

– Великое благо для Многоцветной Земли, что ты остался в живых, – заметил король Шарн.

Королева Айфа и другие высокопоставленные фирвулаги хором фыркнули; в ответ на странный звук испуганно заржали иноходцы, и Куллукету пришлось их успокаивать.

Пока не начались празднества. Летучая Охота была главным развлечением знати. Эйкен и Мерси очень старались, чтобы фирвулаги не скучали в Гории. Однако все гости согласились принять участие в мероприятии, поскольку, несмотря на отмененные Эйкеном кровавые порядки, у многих еще сохранились ностальгические воспоминания о временах, когда охотники преследовали дичь пешими. Противники воздушного спорта остались в замке на музыкальном вечере, который устроила Мерси, а Эйкен возглавил летучее сафари на доисторических крокодилов в дельте Лаара. Из рыцарей тану его сопровождали Куллукет, Альборан, Блейн, Алутейн Властелин Ремесел, Селадейр Афалийский и воинственная леди Армида, вдова Дарелла, нынешняя правительница Роны. Среди фирвулагов кроме короля и королевы были только боевые чемпионы: Медор, один из первых пришельцев и наместник Шарна (его иллюзорное обличье

– черный мохнатый тарантул); Устрашительница Скейта, лучшая подруга Айфы, принимавшая вид чудовища с кривыми зубами и кровоточащими когтями; герой-неофит Фафнор Ледяные Челюсти, победивший Куллукета на последнем Поединке Героев; Тетрол Костоправ, пернатый змей, побежденный Альбораном во время упомянутого события, и Бетуларн Белая Рука, еще один богатырь из первых пришельцев, извечный противник почтенного Селадейра.

Никто из благородных особ маленького народа не был способен подняться в воздух самостоятельно, и уж тем более – верхом, поэтому воздушная доставка гостей полностью ложилась на плечи Эйкена. Компенсируя свою ущербность в данной области, фирвулаги сразу по прибытии в Горию дали показательный артиллерийский метаконцерт. Если в былые дни каждый чемпион ревниво оберегал свои силы и никогда не делился ими с другими, то при новой власти фирвулаги научились объединять умы. Правда, такое сотрудничество пока что носило довольно грубый характер и распространялось только на сферу творчества, но Куллукет определил, что по мощности общая психоэнергетика совета фирвулагов, пожалуй, превышает потенциал самого Эйкена, во всяком случае в его теперешнем истощенном состоянии (из приближенных Сиятельного только Куллукету Дознавателю, Блейну да Альборану были известны его умственные возможности). При подобных обстоятельствах Эйкену пришлось оставить всякую надежду на истребление правящей верхушки древнего врага. Следуя заранее выработанной стратегии, Шарн и Айфа держались вполне дружелюбно и делали вид, что у них и в мыслях не было нарушать перемирие.

Уже совсем стемнело, когда всадники добрались до Пятнистого болота, что располагалось к югу от Гории. Желтая луна, которой недоставало двух дней до абсолютной полноты, сияла сквозь поднимающийся туман каким-то недобрым бесовским светом.

– Плезиозавры, – объяснял Эйкен, – производят потомство в пресной воде. В это время года они перебираются в тихие заводи Лаара и спариваются. Тут-то драконы-хищники и подстерегают в засаде распаленные от страсти парочки.

– Страсть, – заметила Айфа, – размягчает даже самые отважные сердца.

Королева фирвулагов надела великолепную амазонку из розоватой металлизированной ткани, лиловые сапожки и черный парчовый плащ. На абрикосовых волосах, полуприкрытых капюшоном, красовалась алмазная диадема с отходящими от нее нитями драгоценных камней.