Зара дернулась было…

Евпир вытащил нож:

– Иди, работай… И не рыпайся, если хочешь остаться в живых.

Полуголую Горьку приволокли в полутемную комнату. Разложили на узком ложе…

Темнокожий Евпир, блестя глазами, погладил девушку по бедру и с усмешкой указал на угол, где лежали трезубец и сеть.

– Вот оружие. Ты будешь сражаться!

– Я не буду!

– Будешь, и еще как! Знаешь, что это такое? – чернокожий вытащил откуда-то небольшую палицу, шестопер. – Это – жезл правды! Кое-где так пытают врагов… Смотри!

Он нажал что-то на рукояти… Щелчок, и навершие ощетинилось гвоздями! Словно еж.

– Знаешь, куда мы ее тебе засунем? Впрочем, ты можешь выбрать сама. Попробуем прямо сейчас?

– Она должна была уже вернуться! – сидя в придорожных кустах, нервничал Рогволд. – Что стоит стену перемахнуть? Так ведь договаривались.

– Значит, что-то мешает, – сотник покусал губу.

– Или кто-то…

– Или кто-то. Впрочем, пожалуй, пора начинать… Думаю, уже все готово.

Сотник нынче взял с собой тех, что посильнее, половчее. Премысл убит, Варвара пропала… может, и ее тоже уже… Ермил и Велька как раз отправились искать. Еще и Жердяй куда-то пропал. Отправился побродить с острогою по берегу еще с обеда… да так к ночи и не пришел, а искать уже было и некогда.

Ах, Премысл, Премысл, старый друг… Сильный, опытный, умный. Как же теперь без тебя? Да уж придется, ничего не поделаешь. Другие не хуже.

Стройный красавец Велебуд, всегда серьезный и дотошный, ни одну мелочь не пропустит. Злато-мир, верный и упертый, не хуже Гориславы. Чего захочет – добьется обязательно. Яркий блондин Вячеслав, по стрельбе в ватаге – лучший. Эх, еще бы Жердяя, лучника – и куда только сгинул?

Ладно, без него обойдемся, и так – народу-то! Кроме Мишиных, еще люди старшего тавуллярия, все те же молчаливые парни, и ватага варягов! Да что там ватага – целая ладья. Нынче «Огненный конь» был задействован в интересах дела. На нем и приплыли… или, как говорят мореманы – пришли. И не с пустыми руками явились!

– Да уж, господин сотник… – прошептал Вячеслав-Вячко. – Уж пора бы и жахнуть. Спросить?

– Валяй, спроси. Тоже думаю, что пора бы.

Сотник задумчиво побарабанил пальцами по чугунной трубе. Тяжеленная, покуда дотащили – упарились. Так не одни они…

Между тем Вячко зачем-то оглянулся по сторонам, приложил ладони к губам и крикнул… Так кричит коростель. Жалобно и громко…

Тут же послышался ответ… Тоже коростель… И еще… еще…

– Все готовы, – зябко повел плечами Михайла. – Златомир – запал! Вячко – сигнал к началу!

Десятник ловко клацнул огнивом… поджег запал…

Вячко ухнул филином… В кустах вокруг дома послышалось точно такое же уханье…

Сосчитав до десяти, сотник резко махнул рукою…

Запал поджег смесь…

Чугунный ствол дернулся, изрыгая воющее неудержимое пламя, вмиг охватившее ворота! Все тот же греческий огонь… Кстати, Мишина идея.

Усадьба вспыхнула сразу с шести концов! Только что была тишина и вдруг… Рвануло к небу бурное рыжее пламя, густые клубы дыма затмили луну и звезды. Ночь нынче выдалась ясной, прохладной…

Засвистели, полетели на стену абордажные крючья…

Перемахнув через стену, сотник спрыгнул во двор…

– Пожар! Пожар! Спасайся, кто может!

– Вы кто такие? – увидев во дворе стремительных вооруженных людей, опомнился дюжий охранник-слуга.