— Напишите об этом в статье, вот будет хорошая мне реклама, — сказал Бак, поставив перед ней белую пиалу с чили.

Огненный цвет призового чили как бы предупреждал об опасности. И точно. Едва она отважилась попробовать, как тут же потянулась за холодным чаем — во рту словно разгорелся пожар.

— Я предупреждал, — шепнул Лаки, сидевший рядом.

Словно желая бросить ему вызов, Джуд откусила еще кусочек мяса с соусом. Потом еще один. Странно, но она быстро притерпелась к остроте соуса и под общее молчание прикончила всю чашку огненного блюда.

— Голод не тетка, — одобрил Бак, глядя на пустую тарелку гостьи.

— Да. Такого острого блюда я еще не едала.

— У девушки неплохой вкус, — сказал Бак. — Поэтому мне и странно, с какой стати она выбрала тебя для фотографии.

Лаки усмехнулся:

— Я все время думаю о том же.

Джуд собралась было снова взглянуть на Лаки, но вовремя вспомнила об осторожности.

— Дело в том, что мы оказались в тупике. Человек, с которым мы работали и фотографию которого собирались поместить на обложку, сбежал от нас в свадебное путешествие в самый последний момент. Поэтому нам срочно потребовалась замена. Тогда Кейт предложила Лаки. Вот почему я здесь.

Бак потер подбородок и окинул ее задумчивым взглядом.

— А мне почему-то кажется, что в этой истории вы многое опускаете.

Пока Джуд собиралась с мыслями, не зная, что бы такое сказать, Зак, который во время разговора молчал, в этот раз пришел на выручку:

— Похоже, запахло яблочным пирогом?

— Точно. — Гостеприимство Бака взяло верх над любопытством. На мгновение. Потому что по блеску его сощуренных глаз Джуд догадалась, что лучше уж ей поскорее придумать, в какой форме извиниться за некоторую фривольность журнала. Никогда еще она не стеснялась своей работы. Несмотря на пренебрежительные комментарии со стороны некоторых консервативных редакторов, она всегда была ярой защитницей равноправия женщин в сфере эротики. И в самом деле, ее журнал печатал довольно-таки скромные фотографии по сравнению с некоторыми их конкурентами в издательском мире. И поскольку ей надо было как-то извернуться, чтобы ответить Баку, она подумала: кого же защищать — себя или Лаки?

Когда гостья отказалась от предложенного кусочка пирога, Лаки предложил перейти на крыльцо, чтобы обсудить текущие дела, немало ее тем самым удивив. Что же, обсудить дела — это ее очень устраивало. Уже наступала ночь. Огромное западное небо разлилось над головой индиговым морем, светящимся крохотными точками звезд.

— Ты был прав, — прошептала Джуд, садясь на скамейку-качалку со старинной спинкой, которая напомнила ей те времена, когда жизнь была спокойной и размеренной.

— Ты говоришь о чили?

— Нет. То есть он действительно было острым, но вкусным. — Странно, но соус не вызвал ожидаемой изжоги. — Я говорю о вашем небе.

Столько звезд она еще не видала. Понятно, что в городе их приглушает иллюминация электрических огней. Но даже в семейном летнем домике в Саутгемптоне она никогда не наблюдала такой волшебной картины. Казалось, каждую секунду на небе вспыхивало по новой звезде.

— Монтана может называться Страной высокого неба, — прошептала она, — но я не думаю, что звезды там ярче, чем здесь.

— Просто она первая получила такое название. — Скамейка слегка покачнулась, когда Лаки опустился рядом с Джуд и положил свою руку ей на плечи естественным, привычным жестом. — Когда живешь под таким небом, будущее всегда яснее, ты постоянно видишь цель, перспективу.