|
Чем ближе к дому, тем сильнее его одолевала тревога. Помнят ли, примут ли? А вчера Нита и вовсе разбудила его от кошмара. Снилось, будто мать давно умерла, зачахнув от тоски, а постаревший от горя отец с криками выгоняет блудного сына из дома. Ларс очнулся в испарине и нервно рассмеялся: мертвецов не испугался, а тут никак не мог унять нервную дрожь.
– Тише, тише. – Нита крепко обняла его, похлопывая по спине. – Нам не обязательно идти прямо сейчас. Если хочешь, можем попутешествовать и вернуться ближе к зиме, – осторожно предложила, боясь задеть его гордость.
– Думаешь, зимой из-за холодов не выгонят? – невесело фыркнул Ларс. – Не будем оттягивать, Нита, я справлюсь.
– Я знаю.
Твердая уверенность подруги успокаивала. Похлопывания по спине как-то сами собой перешли в поглаживания, лучше слов отвлекая от проблемы, и Ларс без сомнений ответил. В конце концов, этот способ встретить рассвет нравился ему куда больше!
К предместью клана белых волков они вышли ближе к полудню. Поначалу показались одноэтажные хижины-домишки с огородами и ровными заборчиками, затем – укрепленные стены и сам городок. Клан считался средним по размеру, жили здесь не только оборотни, но и люди, правда, их встречалось меньше: все-таки не каждый готов принять, что его друг или возлюбленный периодически бегает на четырех лапах.
К слову, о последних: в отличие от обычных человеческих поселений клан заботился об удобствах членов стаи. На улицах города в нишах рядом с домами приютились пристройки со стилизованной волчьей мордой и человеческой фигурой. Здесь вернувшиеся в город оборотни могли перекинуться и переодеться, чтобы не прятаться по подворотням и кустам. Сами же волки частенько попадались со специально закрепленными на спине сумками, в которых, как пояснил Ларс, и носили ту самую одежду и прочие нужные мелочи.
– Даже завидно. Мое родное поселение куда меньше, а перекидываться вне дома было не принято… – заметила Нита, с любопытством оглядываясь вокруг. – Зайдем?
Она потянула спутника к одной из пристроек, но дверь распахнулась, и на пороге появился зареванный мальчишка в наспех застегнутой одежде, которого за ухо вытаскивала сердитая мамаша.
– Ты мне убеги еще в лес без разрешения! Поводок нацеплю! – ругалась она, не стесняясь случайных свидетелей, и оборотни невольно отступили.
– Впрочем, еще успею посмотреть, – передумала Нита, и они поспешно перешли дорогу.
Ларс боялся, что город сильно перестроился за время его отсутствия. Частично так и оказалось: каменных домов стало больше, появились фонтаны, обустроенные площади – где с рыночными палатками, а где со скамейками под ухоженными деревьями среди клумб. Да и волки попадались все незнакомые. На него глазели, что неудивительно: по улицам шел молодой Дарн, глава клана, как тут не пялиться!
Свой дом Ларс узнал сразу. Он был все тем же: двухэтажным, добротным, с каменным основанием и дубовыми бревнами второго этажа, с широким двором спереди и деревьями по бокам – волки не любили строить дома впритирку. Только бревна потемнели, и горшков с цветами на окнах первого этажа раньше не было. И качели на цепях кто-то справил новые – светлые струганые доски золотились свежим лаком, еще не опробованные на молочный зуб. У крыльца, гоняясь друг за другом, играли трое белых волчат, один – с рыжей полоской по хребту.
– Белка! – выдохнул Ларс, но тут же сообразил – глупость это, сестра давно выросла, а все же будто она – мелкая, юркая.
У самого крыльца он шагнул назад, поймал руку ведьмы.
– Нита, ты только не вмешивайся, что бы ни случилось. Обещаешь? – попросил разом севшим голосом.
– Это твоя семья, и ты сам говорил, что они тебя любят. |