– Назад! – крикнула Нита, бросившись к нему, но «утопленник» успел первым.

Из воды взметнулись длинные костлявые руки, схватили ученика за ноги и дернули в озеро. Почти сразу за ним нырнул Аркон, непонятно как успевший скинуть сапоги и рубаху.

В руке его блеснул нож, над озером раздался тонкий противный писк – трусливая нечисть надеялась на легкую добычу, а не на злого оборотня. Нита следила за мечущимися в воде фигурами: озерник был в своей среде, но Аркон весьма силен и опытен. Яростная схватка вышла короткой, и вскоре оборотень выбрался на сушу, таща на себе нахлебавшегося воды перепуганного бедолагу.

Макнуть бы незадачливого мальчишку в озеро еще пару раз, для профилактики! Но вместо этого Нита полезла в сумку за укрепляющим настоем и опустилась на колени рядом с сидящим на земле парнем, очумело озирающимся по сторонам.

– Пей! – Сунула флакон трясущемуся от холода и страха студенту, а когда поняла, что он не в силах выпить сам, разжала челюсти и влила силой. Тот проглотил, закашлялся и почти сразу обмяк – настойка была на спирту, и спирта Нита не жалела. – Есть сменная одежда? – Повернулась к Тарсаму. – Аркону тоже нужно, – задумчиво добавила ведьма.

Лекарство – это хорошо, но в такую погоду в мокрой одежде даже она простынет, что уж говорить о хлипком мальчишке! Ученый муж, тьфу. И на мужа не тянет, в лучшем случае на сына, да и на ученого… В голову настойчиво лезло совсем другое прилагательное.

Пока Нита оказывала помощь студенту, Аркон стянул мокрые штаны и сейчас отжимал их, не смущаясь наготы и как будто рисуясь, напоказ играя мускулами. А показать было что, природа его не обделила. Мощные широкие плечи, длинные сильные ноги, крепкие ягодицы, да и в остальном… Если не вспоминать поведение проводника при первом знакомстве с демонстрацией нелучших черт, он был во вкусе Ниты.

Во всяком случае ведьма до сих пор считала, что у нее именно такой вкус. Но сейчас подумалось, что, встань рядом с Арконом худощавый, жилистый, гибкий Ларс, она бы куда охотнее любовалась им.

Укоренить его вниз головой, этого мальчишку, что ж он ей так в голову запал?!

Нита невольно поискала его взглядом. Ларс, пока проводник воевал с озерником и лишал его законного обеда, проявил себя как хорошая овчарка, согнав всех подопечных в кучку на безопасном расстоянии, и зорко следил за ними, чтобы не разбредались. Но настроение Ниты от этого зрелища еще больше испортилось: рыжая девица опять вешалась на ее волчонка. Всерьез она испугалась или симулировала, но старательно жалась к парню, а тот покровительственно обнимал за плечи.

Древо! Ее волчонка?! Она действительно это подумала?

Нита раздраженно тряхнула головой, отгоняя ненужные мысли и неуместную ревность. Нечего вести себя как собака на сене, хочет – пусть обжимается с рыжей.

Перепоручив пострадавшего заботам Тарсама и выкинув из головы проводника – большой, сам как-нибудь разберется, – ведьма решительно занялась делом. Надо организовать привал с костром, чтобы купальщики обсохли, и приготовить еду. Точнее, организовать готовку, потому что она кухаркой не нанималась.

После впечатляющего явления озерника участники похода выглядели пришибленными и напуганными, даже Тарсам будто растерялся. Никто не хотел идти за дровами, благо вызвался Ларс. Причем с искренней охотой, без сожалений оставив рыжую с остальными: как бы ни понравился той молодой волк, хватило ума и инстинкта самосохранения не напрашиваться с ним.

И нет, Нита не ревнует и не следит за ним, просто привычка держать в поле зрения весь отряд!

Потихоньку впечатления улеглись, других обитателей, живых или мертвых, в ближайшей округе не наблюдалось, а дым кое-каких трав, брошенных Нитой в костер, должен был отпугнуть тех, кто мог учуять людей и заинтересоваться.