– А… хорошо. Тогда давайте обустроим лагерь, пока не стемнело полностью, – скомандовал эльф.

– Джек, ты чего там расселся?! А ну-ка давай, иди помогай! Или девушки сами будут бревна таскать?! – повернулась к вампиру Мия, уперев руки в бока.

– Если нужно, я могу попробовать донести то бревно, которое мы видели по дороге, – предложила Рин.

– Нет! – ответили ей все хором.

* * *

Ночь быстро опустилась над Телисом, погружая столицу во тьму.

Фонари, в которых жили феи, мягко озаряли зеленые улицы города, а большие огни Древа Жизни наполняли металлический дворец ярким светом.

Королевский дворец делился на две зоны – внешняя, где могли ходить обычные жители и рядовые работники, и внутренняя, куда попасть мог не каждый.

Тронный зал внутреннего дворца был завешен черными тканями, все лампы были затушены, погружая силуэты стоящих эльфов во тьму. Посреди зала находилось серебряное ложе, на котором лежал эльф. На его лице только появились морщины, а длинные светлые волосы едва начали седеть.

Но жизни в нем уже не осталось. Его лицо было спокойно, а на устах застыла полуулыбка.

В последние секунды своей жизни он ни о чем не жалел.

По телу этого эльфа нельзя было сказать, что две недели назад он был жестоко убит, если бы не огромная дыра в груди, которую спрятали за тремя слоями плотной одежды.

Его ложе было усыпано лилиями – символом Альвии.

Все собравшиеся здесь прекрасно знали этого поистине выдающегося политика и героя страны. И никто не хотел верить, что он умер.

К ложу подошел немолодой эльф. Золотые элементы на его одежде выдавали в нем одного из высших чиновников Альвии.

Это был Второй Советник Астил Лиэ. Он со скорбью во взгляде посмотрел на лицо старого друга, а затем выпрямился и развел руки.

– Период Айритафайра[42] подошел к концу. Сегодня всеми любимый Первый Советник Меголий Эльвинэ вернется к Древу Жизни и станет его частью, питая силу своего народа. Лехта эльда куйле[43]!

– Лехта эльда куйле! – вторили ему собравшиеся.

Двери зала открылись, и в него полился свет Древа Жизни.

Серебряное ложе засветилось энергией и медленно поплыло в сторону открывшегося ему света.

Астил Лиэ шел вслед за ним, и вскоре к нему присоединилась эльфийка с рыжими, как яркая заря, волосами и изумрудными глазами.

– Госпожа Дафния, – тихо поприветствовал ее Советник. Женщина в траурном мундире спокойно кивнула ему. – Я соболезную вашему горю.

– Что случилось, того не изменить, что было обещано судьбой, того не избежать, – ответила ему женщина. – Все, что мы можем сделать сейчас, – это наказать виновных.

– Мы преследовали ваших сына и дочь до самой границы, но затем их след пропал. Мы не можем установить их местоположение, но предполагаем, что они сбежали в Кассандрику, – тихо рассказал ей эльф.

Колонна медленно шла за парящим ложем к подножью Древа Жизни.

До ушей двух эльфов дошли шепотки:

– Его величество не присутствует на похоронах…

– Я слышал, что и за весь период Айритафайра он так и не пришел увидеть тело…

– Зато пришла леди Элениэль – его личная служанка. Должно быть, сегодня она несет волю короля.

Взгляды эльфов не могли не обратиться на светлую тонкую фигуру, застывшую вдалеке. Молодая эльфийка в простом белом платье с опущенной головой стояла среди толпы. Ее платиновые длинные волосы закрывали большие зеленые глаза, да и само лицо было покрыто черной вуалью так, что его никто не видел. В ней мало кто мог признать личную служанку короля, если бы не золотые каффы на ушах.