Духовным Граалем называли секрет, который скрывался за получением пятого ранга духовного оружия. Этот уровень владения нельзя было получить лишь тренировками. Духовный Грааль оставался главной тайной мира, ведь достигший пятого ранга стал бы величайшим магом, который, подобно божеству, смог бы либо спасти мир, либо разрушить.

– Говоря о ранге… Рин, могу ли я тоже пройти проверку? В последний раз, когда я проверялся, у меня была первая степень, но с тех пор прошел уже год или больше, – спросил Хиро, вспомнив события того вечера.

– Нет, тебе нельзя проходить эту проверку, – тут же ответила девушка, поставив его в ступор.

– Что? Почему?

– Потому что твоя магия сейчас в полном беспорядке из-за того, что ты периодически используешь оружие больше своего ранга. Ты не можешь сражаться Экскалибуром в полную силу, но теперь он мешает тебе и родное оружие использовать с максимальной эффективностью. Поэтому точный ранг ты не узнаешь, – ответила она.

– И что же… мне делать?

– Завтра устроим спарринг. Проверим твой уровень на практике, – ответила девушка. – А теперь предлагаю отдохнуть.

– Мне нравится это предложение, ставлю ему сто очков из ста, – довольно улыбнулся Джек, тут же укладываясь на спину. – Все эти разговоры и крики меня уже умотали. Люди так любят выяснять отношения, мне под все это не хватает вина и закусок.

– Младшие ученики, пока нас не было, принесли сюда циновки, подушки и одеяла. Они в соседней комнате. – Жрица тут же поднялась из-за стола и начала развязывать пояс. – Общий подъем в пять утра по колоколу, завтрак через полчаса, но вы здесь гости, поэтому можете не соблюдать правил и спать столько, сколько надо.

– Хорошо, Рин. Спасибо за заботу, – кивнул ей Хиро, тоже поднимаясь с пола. – Тогда мы с Джеком займем западную комнату, а вы спите в восточной.

– Хорошо-о, всем спокойной ночи, – зевнула Мия и тут же потопала в комнату, чтобы готовиться ко сну.

Когда Хиро и Мира тоже разошлись, а жрица только собиралась, Джек снова поднялся с пола и сел перед столом.

– Госпожа Амира.

Девушка остановилась и посмотрела на него.

– В чем дело?

– Ты правда так сильно не хочешь быть реинкарнацией святой Амиры? – спросил он, с серьезным видом уставившись в ее глаза.

– Кажется, ты тоже этого не хочешь, – подумав, ответила она. Вампир поднял брови.

– Почему ты так думаешь?

– Потому что, кажется, ты ее обожествляешь, – ответила Рин. – А это всегда сложно – принять тот факт, что умер не только человек, который был тебе важен, но и его личность. Ты ведь сам сказал, что мы с ней действуем прямо противоположно.

Вампир ничего не ответил и опустил голову. Его рука сжалась, и это не ускользнуло от внимания девушки.

– Никогда не видела вампира, который был бы так зациклен на человеке. Обычно те вампиры, c которыми я сталкиваюсь, лишь порицают Амиру и называют ее слабой. Она жила четыреста лет назад. А ты живешь сейчас. Ты никогда ее не видел. Так почему ты уверен в том, что все, известное о ней из источников, правда?

– Я!.. – Джек хотел ей что-то сказать, но голос словно пропал, и он прикусил губу. – Ничего… просто… пока я думаю о том, что она никогда не винила вампиров и хотела с ними мира… я уверен, что рано или поздно вампиры и люди прекратят враждовать. Благодаря ей я верю, что однажды смогу жить в Кассандрике среди людей и при этом не носить прозвище «дефектный».

Джек уже по ее лицу понимал, что она не разделяет его позиции. Но Рин ничего не сказала и ушла из комнаты, оставив вампира одного.