– Он сказал мне. Теперь я хочу увидеть сам. – Он спешился и направился к дому. – Я скоро вернусь к вам. Надеюсь, вы предложите мне еду под вашей крышей?

– Разумеется. Вы не враг мне. Но зачем вам ее видеть? Я бы не хотел, чтобы ее беспокоили. Она очень легко расстраивается.

– Беспокоил? – Вэр в полном изумлении оглянулся через плечо. Лицо Кемала казалось очень напряженным, почти испуганным.

– Я же говорил тебе, – пробормотал Кадар.

Боже милостивый, Tea, должно быть, и вправду околдовала шейха, если он трясется от страха при одной только мысли, что ее вдруг что то расстроит. Он сказал насмешливо:

– Я постараюсь ее не волновать.

– А вы и не можете это сделать, – заявила Tea, направляясь к ним через двор.

Услышав ее голос, Вэр замер, он не мог отвести от нее глаз. На ней было прелестное платье из вышитого шелка цвета предгрозового сумеречного неба. Она выглядела смелее, более уверенной в себе. И прекрасной… мой Бог, такой прекрасной.

– Она сияет, – сказал Кадар. – Но не мягким светом. – Она напомнила ему меч, раскаленный до белого каления на пламени костра. Ее взгляд был таким же дерзким и вызывающим, как и в их последнюю встречу. Что еще Вэр мог ожидать?

– Вы не расстроите меня. Я не позволю вам этого. – Она остановилась прямо перед ним. – Но я не желаю видеть вас здесь.

Мой Бог, он тоже этого не хотел.

– Я скоро уеду.

– Я хочу, чтобы вы сделали это прямо сейчас.

Ее хладнокровие, как ему вначале показалось, было только внешним. Он видел, как быстро пульсирует нежная ямочка на ее горле. Когда то он касался губами этой ямки, чувствовал биение жизни…

Она отвела взгляд в сторону от его лица и посмотрела на Кемала.

– Меня бы очень порадовало, если бы он немедленно уехал.

Кемал встревоженно нахмурился.

– Я не могу… Он ваш хозяин. Может быть, вы пройдете в свои покои, чтобы не видеть его? Он уедет утром.

– Проследите, чтобы так и было. – Она резко повернулась и отошла от них.

– Я же предупреждал, что вы ее расстроите, – сказал Кемал, укоризненно глядя на Вэра. – Она вас не любит.

– С каких это пор вас стало волновать, любят или не любят вас рабы?

– Вы должны знать, она совсем другая. К ней надо относиться с бережным вниманием и уважением. – Он хитро улыбнулся. – Мне не понадобилось много времени, чтобы понять, почему вы так беспокоились, что ваше сокровище могут у вас украсть. Вы поступили мудро, привезя ее ко мне.

– Да, мне необходимо быть уверенным, что она в руках честного человека. – Он помолчал, прежде чем многозначительно добавить: – Я сделал правильный выбор, Кемал?

Кемал вспыхнул.

– Вы сомневаетесь в моей честности? Я сдержу свое слово, даже если буду уверен, что больше не нуждаюсь в вас. Я могу победить всех своих врагов сам.

– Но вы не сможете обойтись без меня, хотя я слышал, вам сопутствует большой успех. Но даже Саладин не может победить, не прибегая к помощи других. Иначе зачем ему призывать вас?

Раздражение Кемала испарилось.

– Да, он нуждается во мне. Только я могу принести ему победу в эти мрачные времена. – Он резко развернулся. – У меня больше нет времени для вас. Я должен готовиться к своему походу.

Вэр провожал взглядом Кемала, пока тот шел по двору. Милосердный Боже, этот надутый индюк действительно верит своим словам, и Вэр теперь не сомневался, что именно Tea внушила ему эту уверенность. Гнев и отчаяние жаркой волной захлестнули его душу.

– Я бы решил, что преданность Кемала явно колеблется, – сказал Кадар. – Что ты собираешься делать?

– Ждать.