– Послушайте. Скажите ему, что колдовство, заключенное в знамени, кончилось.

Она смотрела на него с открытым вызовом.

– Он поклоняется Саладину. Если он опозорится перед своим хозяином, то, вернувшись сюда, он перережет вам глотку.

– Битвы не будет. Он едет, чтобы встретиться с Саладином для беседы.

– А что, если тот изменит свое решение, и все же возьмет его с собой в Акру?

– Когда это случится, тогда и подумаю.

– Но не вы. Сразу, как только я найду другое место, вы покинете Эль Санан.

– И вы отвезете меня в другую такую же тюрьму? – Она сверкнула на него глазами. – Я уеду отсюда только как свободная женщина. У вас нет здесь власти. Кемал не позволит вам меня увезти.

– Вы так хотите смерти? – Он потряс ее. – Вы хотите, чтобы умерла Селин?

– Я хочу только, чтобы вы наконец оставили нас в покое. Я сама позабочусь о Селин. – Она отпрянула от него и упрямо вздернула подбородок. – Убирайтесь. Скажите Кемалу, что вы собираетесь увезти меня. Это только поможет мне получить то, что я хочу.

На мгновение ей показалось, что он снова схватит ее, но он отвернулся, пробормотав проклятие, и зашагал к двери. Он уходил.

Облегчение, которое она испытала, длилось не долго. У двери он обернулся к ней.

– Кадар сказал, что, по его мнению, вы соблазняете Кемала каким то даром. Что, дьявол вас забери, вы ему обещали?

Она могла бы не отвечать ему. Но зачем ей попусту тратить усилия, нетерпеливо подумала она. Она хочет, чтобы он ушел отсюда, и он ничего не может сделать, чтобы остановить ее. Она улыбнулась ему.

– Знамя для Саладина. Но только на моих условиях.

Он уставился на нее, не веря своим ушам.

– Боже!

И в следующий момент дверь захлопнулась за ним.

Гнев мгновенно оставил ее, и она почувствовала себя совершенно разбитой, словно свалилась с высокой горы. Она не позволит ему делать такое с ней. Она провела последние два года, пытаясь вытеснить его из своих мыслей и памяти, и вот, стоило ей его увидеть, и будто она никогда с ним не расставалась.

– Он ушел? – Селин вошла в комнату. – Он ничего тебе не сделал?

– Нет, но он очень сердит. Он попытается забрать нас из Эль Санана.

– И что нам теперь делать?

– Я скажу Кемалу, когда он вернется. Шейх, должно быть, раздуется от гордости из за похвалы Саладина и будет готов к тому, чтобы его ощипали. – Она нахмурилась. – Но не будет вреда, если мы сделаем кое какие приготовления. Завтра мы начнем собирать и упаковывать наши вышивки, а на следующей неделе я отошлю Жасмин и Ташу обратно в Дандрагон.

– Они не пойдут.

– Им придется уйти. Будет несправедливо тащить их вместе с нами, ведь мы точно не знаем, с чем нам придется столкнуться. Мы попытаемся убедить их, что пришлем за ними сразу, как только устроимся.

Хотя Бог знает, когда они смогут это сделать, подумала она устало. Опять начинать с нуля. Святая дева Мария, как же тяжело все время бороться.

Она повернулась к окну. Ни Вэра, ни Кадара не было видно. Они, очевидно, ушли ужинать с Кемалом. Завтра они покинут Эль Санан.

И она должна оставить это место до того, как Вэр приедет снова.

Вэр и Кадар выехали из ворот на восходе следующего дня.

– Ты очень мрачен, – сказал Кадар, когда они направили лошадей по дороге, ведущей в горы. – Ты прошлым вечером едва сказал несколько слов после визита к нашей очаровательной Tea.

– Не о чем и говорить.

– И Кемал теперь тоже сдержан. Я чувствую, что зря трачу свои силы. Облагораживающее влияние моей светлой личности на вас совершенно незаметно.

Вэр оглянулся на крепость. Двор заполнили солдаты Кемала, готовящиеся к походу, но ворота были по прежнему закрыты.