– Покорность? Тогда они уж точно заподозрят неладное.

Селин, возможно, права. Tea сделала их пребывание здесь весьма ощутимым для здешних обитателей, и любое изменение в ее поведении может вызвать подозрение.

Домо уже стоял возле лошадей, когда Селин и Tea покинули женские покои дворца.

– Я не знаю… – неуверено начал он, чувствуя себя крайне неуютно. – Вы отданы под мою ответственность. Лорд Кадар говорит, что лорд Вэр и мой хозяин решили расторгнуть сделку, но, возможно, лорд Вэр смог бы подождать приезда моего хозяина.

Tea пожала плечами.

– Ваш хозяин был очень добр ко мне. И мне хотелось бы попрощаться с ним, но мой хозяин велит мне уезжать. У меня нет выбора. Я должна слушаться его. – Сказала ли она эту фразу с излишней покорностью? По удивленному выражению лица Домо Tea поняла, что скорее всего именно так. – Но, быть может, вы могли бы вступиться за меня перед лордом Вэром, попросить его подождать, пока не вернется Кемал? Поговорите с лордом Вэром.

Глаза Домо расширились от ужаса.

– Я не могу. Это неуместно.

Tea вздохнула.

– Тогда, полагаю, мне придется ехать с ним. Вы правы. Обсуждение тут неуместно.

– Я не сказал… – Он замолчал, увидев Вэра, тот вел под уздцы лошадь, впряженную в фургон. Сзади были привязаны еще две. – Или, может, говорил.

Кадар отошел от молодого начальника стражи и направился к ним.

– Домо, помоги женщинам сесть в фургон. Мы должны отъехать, пока совсем не стемнело.

Селин нахмурилась.

– Я не хочу ехать в фур… – Но Tea резко дернула ее за руку. Кадар прав, женщины, выезжающие верхом из ворот крепости, могли не понравиться страже, а любого даже малейшего их недовольства следовало всячески избегать. – Ой, ну хорошо.

– Тогда, быть может, вам лучше подождать до утра? – спросил Домо.

– Лорд Вэр нетерпелив.

После мгновенного колебания Домо помог Tea и Селин подняться в фургон.

– Да спасет вас Аллах.

Tea не сомневалась, что Домо очень рад возвращению к спокойной жизни, которую он знал до появления Tea, перевернувшей все с ног на голову. Занудный временами, он всегда оставался к ним добр. Она очень надеялась, что Домо не пострадает из за ее побега.

– Да будут небеса милостивы и к тебе, Домо.

Фургон чуть накренился и загрохотал по направлению к воротам.

Сколько часов простояла она у окна, с отчаянием и горечью глядя на эти высокие ворота.

Солдаты двинулись вперед, ворота открылись, и они беспрепятственно проехали через них.

Дикая, ликующая радость охватила Tea.

Кадар подъехал к фургону и тихо пояснил:

– Нам нельзя показывать спешку, поэтому, пока мы не скроемся из виду, мы поедем средним шагом.

– Я хочу ехать верхом.

– Позже. – Он пришпорил лошадь и обогнал фургон. – Я поеду немного впереди, надо разведать дорогу, что ведет через холмы.

Что ждет их за этими холмами? У Tea сжалось сердце, когда она осознала, насколько хрупка эта свобода, которую она только что с такой радостью приветствовала.

– Фургон слишком перегружен. – Голос Вэра выдавал, насколько он неспокоен. – Нам необходимо ехать быстрее. Неужели это стоит ваших жизней?

Нет, но это два долгих года ее жизни. Она почувствовала горькое разочарование и досаду.

– А не могли бы мы спрятать его где нибудь, а позже за ним вернуться?

– Есть пещера в нескольких милях вверх по дороге. Мы можем спрятать его там. – Помолчав, Вэр добавил: – Но я не могу обещать, что мы обязательно за ним приедем.