Кадар улыбнулся.

– Хорошо, что ее свалил сон. Иначе она бы настаивала, чтобы ее включили в очередь на дежурство. – Он встал и потянулся. – Я пойду первым, – сказал он Вэру. – Сменишь меня в полночь.

Вэр кивнул.

Tea смотрела вслед Кадару, тот шел вверх по тропе, к самой верхней точке, откуда хорошо проглядывалась лежащая внизу долина.

– Он очень тих, что совсем на него не похоже.

– Да. – Вэр сжал губы. – Будь другой путь, я никогда не попросил бы его вернуться к Старцу. Это для него слишком опасно.

– Более, чем для нас? Он рассказывал мне, что жил с ассасинами.

– Но он порвал с Синаном и как то раз признался, что скорее предпочел бы укус скорпиона, чем возвращение в этот замкнутый круг. – Он кивнул. – Я не могу винить его. Лучше скорпион, чем змея.

– Синан напоминает вам змею?

Он пожал плечами.

– По его смертоносности, пожалуй. Но змею можно убить. Мне всегда было любопытно… – Он опять пожал плечами. – Не обращайте на меня внимания. Я попал в Майсеф, крепость Синана, очень больным. Из за лихорадки мне привиделись странные вещи.

– И когда же мы доберемся до этих змеиных гор?

– Мы подъедем к подножию Нозаири завтра к вечеру. Признаться, я удивлен, что вы не спорите со мной по поводу того, что мы направляемся в Майсеф.

– Разумеется, я вам не возражаю. Вы бы никогда не потянули нас в змеиное гнездо, если бы представился выбор. Не понимаю, почему вы упорно настаиваете на том, что я не в состоянии рассуждать здраво.

– Вы женщина. А я не привык, чтобы они вообще рассуждали.

Tea мгновенно ощетинилась.

– Вам просто всегда было некогда, да и неинтересно знать их мысли, вас слишком занимали их тела, чтобы обращать внимание на что либо другое.

– Может быть, и так. – Он помолчал. – Но моя мать не походила на вас. Она пела нежные песни, смеялась и всегда склоняла голову перед волей отца. Я никогда не замечал, чтобы она о чем нибудь серьезно думала.

– Но я не похожа на вашу мать. И не жаждала быть такой же.

– Я не говорил, что хотел бы видеть вас такой. Я просто сказал вам, что не привык к женщинам, способным рассуждать. – Он подумал немного. – Полагаю, если бы вы оказались не способны думать, мне бы этого в вас не хватало.

– Поразительно!

– Но без вашего язвительного язычка я бы обошелся. – И он добавил еле слышно: – Я не враг вам. У вас нет причин отталкивать меня.

Он не прав! У нее очень веские причины держать его на расстоянии.

– Я отношусь к вам, как к врагу, потому что вы вели себя так. Вы отняли у меня два года моей жизни.

– И все эти два года я посвятил тому, чтобы обеспечить вам безопасность.

– И вы ожидаете моей благодарности?

– Нет, – вздохнул он устало. – Я знал, когда вез вас в Эль Санан, что вы не простите меня.

– И вы правы, не прощу. – Она посмотрела на огонь. – И когда минует опасность со стороны Кемала, мы с вами разойдемся. Я не позволю вам заключать меня в новую тюрьму.

– Кемал – это наименьшая беда, с которой вы можете встретиться. Тамплиеры теперь никогда не перестанут охотиться за вами. – И он выпалил с неожиданной силой: – Великий Боже, не кто иной, как Ваден, теперь убедился, что вы представляете собой опасность! Зачем вообще вы рассказали всем об этом?!

– Я не пойму, о чем вы говорите. Я ничего никому не говорила. Как я бы смогла?

– Знамя. Трон льва. Откуда вы узнали?

Она уставилась на него в полной растерянности.

– Узнала о чем?

Он внимательно изучал выражение ее лица.