— Рао-сахиб, — устало проговорил Алекс. — Если бы в этом револьвере оставался хотя бы один патрон, я бы сейчас застрелил тебя за то, что было сегодня сделано, благодаря таким людям, как ты.

— Может быть, еще будет возможность, — ответил Кишан Прасад. — Теперь, иди…

Он вышел из дверного проема, держась между Алексом и группой разъяренных людей, стоявших на дальнем конце веранды, а Алекс отступал за его спиной, одной рукой держась за стену. Добравшись до конца веранды, он спрыгнул, укрывшись за углом дома, развернулся и побежал к джунглям за заставой и хижинами. Он слышал, как за его спиной раздался возмущенный рев, и над его головой просвистела одинокая пуля. А потом он уже был в высокой траве. Свернув параллельно дороге, он бежал, натыкаясь на кусты, держась, насколько возможно, ближе к дороге. Он решил, что преследователи подумают, будто он устремился прямо в пустые джунгли, вместо того чтобы повернуть обратно к Лунджорской дороге. Они будут следить, когда он пересечет дорогу, и не будут искать его на дальнем участке, поэтому ему надо как можно скорее незаметно перейти через нее. Он пробрался в густые заросли колючего бамбука и залег, прислушиваясь к звукам, свидетельствующим о погоне. Выстрелов больше не было, и, хотя он слышал выкрики, они, казалось, звучали все дальше и дальше, что подтвердило правильность его предположения, и теперь они прочесывали джунгли перед заставой. В его сторону они не шли, а через какое-то время он услышал топот копыт на дороге, пролегавшей ярдах в десяти от его укрытия. По крайней мере, два человека возвращались в Лунджор, и до него донесся громкий и злобный голос одного из них:

— В чем дело? Реку он переплыть не может, а пищи и оружия у него нет. Он будет медленно умирать в джунглях. Я отправляюсь в Дели, это место как раз для таких, как… — Голос его затих вдалеке.

Когда Алекс решил, что они уже достаточно далеко отъехали, он с неимоверной осторожностью выполз к дороге и долго лежал у обочины, не решаясь перейти на другую сторону. Он отошел примерно ярдов на шестьсот от заставы, но дорога здесь была прямая, как стрела, на протяжении мили или даже больше, и за ней наблюдали люди на заставе. Он не должен был обнаружить себя. Пока она была пуста с обеих сторон, но он не видел движения людей на заставе.

Солнце тронуло верхушку джунглей и стало прятаться за ними. В кустах за Алексом прокричал павлин. Появился еще один всадник, скакавший к реке, поднимая целые облака пыли. И вдруг все стало очень просто. Всадник поравнялся с ним, и…

Глава 42

В храмах города Лунджора завывали рожки и блеяли раковины. Били барабаны и вздымались в воздух ракеты, а мародеры радостно носились по улицам, выкрикивая новости, что весь Индостан навсегда освободился от господства «Компании белого человека», что все англичане убиты и вернулись дни обычного величия. На них были украденные наряды, они демонстрировали награбленные вещи и хвастались, скольких белых они перерезали. Они строили грандиозные планы на будущее и до драки спорили, кто будет губернатором, генералом или капитаном в той или иной провинции или армии.

В миле от Лунджора, в военном городке царило безмолвие и запустение. То здесь, то там еще догорали бунгало, и одинокие фигуры все еще рыскали по домам в поисках какой-нибудь добычи, которую могли просмотреть во время длившейся весь день оргии убийств и грабежа. Но когда сгустились вечерние сумерки, мертвецы, оставшиеся лежать в городке, навеяли даже на бандитов суеверный страх. Подпалив еще несколько бунгало, они поспешно сбежали, в надежде, что ночной ветер, раздув пламя, завершит их грязное дело.

Когда стало известно, что мост взорван, сипаи, которые должны были выступить в Оуд и занять провинцию, повернули на запад, к Дели, покинув свое расположение.