Они просто стояли и молча смотрели друг на друга, не обращая внимания на сильнейший ливень.

— Я хотела сказать, что Жасмин сама виновата в своей смерти.

Он покачал головой:

— Эти слова не смогут снять груз вины, который я несу уже шестнадцать лет. Но я ценю твою заботу, Софи.

— Одной только моей заботы недостаточно. Ты должен понять это.

— Это никак не связано с материалом для твоего интервью. Не понимаю, почему тебе не все равно.

Она смахнула капли дождя с ресниц.

— Я не хочу, чтобы ты так казнил себя за смерть сестры. Ты не должен винить себя. Ты не должен жить только ради других людей!

— А ты живешь по-другому? Ответь мне, Софи, ты разве другая?

— Я живу для себя, Зейн.

— Неужели? Я так не думаю. Ты здесь из-за своей подруги Изабель, хотя и не называешь истинных причин. Ты расспрашиваешь меня, чтобы спасти ее. Ты боишься показать свою слабость, потому что считаешь, что тебя осудят. Ты пошла в университет, мечтая доказать отцу, что достойна его уважения. Да, Софи, ты и сама живешь ради других.

— Как ты смеешь использовать мою же откровенность против меня?

— Разве это плохо, Софи? Разве плохо жить ради других? Я жил для себя, и ничего хорошего из этого не вышло. Я причинил много бед себе и окружающим и стал причиной смерти сестры. Я не пытался оскорбить тебя, вспомнив сейчас о нашей доверительной беседе. Но ты и сама ничем не отличаешься от меня — ты также зависишь от мнения близких людей.

— Жасмин сама сделала выбор, Зейн, — продолжила Софи, игнорируя его речь. Она не хотела даже думать о его словах.

— Я тоже сделал выбор, который подвел ее к этому решению. Мы всегда влияем на выбор других, Софи. Твоя жизнь — прекрасное тому подтверждение. Поведение отца заставило тебя все время стремиться к успеху.

— Нет, это неправда! Я сама контролирую свою жизнь, никто не властен надо мной!

Внезапно Зейн стремительно сократил расстояние между ними, обняв Софи за талию и грубо прижав ее к себе. Она почувствовала его бешеное сердцебиение и частое дыхание, от которого его грудь то поднималась, то опускалась.

— Никто не властен над тобой? А что ты скажешь сейчас?

Софи не могла ни дышать, ни говорить. Несмотря на сильнейший ветер, сметающий все на своем пути, и проливной дождь, ее тело горело огнем. Казалось, она сейчас растает и ускользнет вниз по горам вместе с ливнем.

— Разве сейчас ты не в моей власти?

От его грубого голоса по телу побежала дрожь. Софи посмотрела в глаза Зейна, и сумасшедшее желание охватило ее, колени задрожали. Даже сантиметр между ними казался значительным расстоянием. Однажды она уже целовалась с мужчиной, но тогда она не чувствовала ничего. Ничего кроме любопытства, которое было в полной мере удовлетворено. Ей никогда больше не хотелось повторить этот опыт.

Сейчас ситуация казалась похожей — Софи также чувствовала, что с этого момента ее жизнь изменится. В глубине души она знала, что нужно держаться подальше от Зейна, но не в силах была уйти.

Здесь, посреди пустыни, они остались в полном одиночестве — два путника, встретившиеся в одной точке планеты. Но скоро все закончится, потому что у них нет надежды на будущее. Просто судьба подарила им эти короткие счастливые мгновения.

Софи не было смысла притворяться, будто она не понимает, что между ними происходит. Она сдалась в тот момент, когда решила подняться в эту гору. Софи оставила все сомнения позади и ощутила вкус свободы — она могла быть честной и открытой с Зейном. Она словно перестала защищаться и теперь чувствовала себя уязвимой.

Притворство бесполезно — ведь Зейн также обнажил перед ней свою душу.