Действие этой речи превзошло всякие ожидания. В душе Старосты началась жестокая борьба: какое решение принять? Он вытянул шею, но голова снова упала на подушку, он дернулся еще и еще раз, словно пытаясь освободиться от сдавившего грудь панциря. Мучительный приступ подагры, уложивший его в постель, был вызван переменой погоды и неожиданным снегопадом, причем боли начались не тогда, когда пошел снег, а раньше, теперь же Староста страдал из-за внезапного прекращения ненастья и улучшения погоды. Однако, сказал Староста, он никоим образом не хотел бы обременять К. своими личными неприятностями и уж тем более не хотел бы, чтобы у К. сложилось впечатление, будто недомогание является истинной причиной его отказа. Далее. Он, Староста, вовсе не склонен подозревать К. в легкомыслии, однако нельзя не признать, что появление К. вызывает множество недоразумений.

— Тогда, раньше, вы были здесь всего один раз, господин землемер, — сказал он. — Распоряжением Замка предусмотрено, что все процессы непременно должны повториться, причем при повторении все должно происходить в точности так же, как в прошлом.

— Но это невозможно, — возразил К. — Ведь тогда люди нашли бы меня поздним вечером, а на самом деле, когда они меня нашли, стоял полдень. Во-вторых, на мне была бы моя старая одежда, а не та, которую вы видите на мне сейчас, и, в-третьих, я не имел бы возможности принять ванну. Но даже если мы как-то объясним эти расхождения, нам не решить проблему дат. По свидетельствам всех, с кем мне до сих пор удалось поговорить, я прибыл в Деревню несколько недель тому назад. Неужели Замок полагает, что деревенские ухитрятся повернуть вспять время?

— Только не это! — громко воскликнул Староста, и тотчас же в комнате появилась его жена. Однако он, как и в первый раз, велел ей уйти. — Это привело бы к полнейшему хаосу, это означало бы окончательный крах, это немыслимо!

К. исподлобья поглядел на Старосту и подумал: прекрасно, он со мной разговаривает. И раз начал, будет продолжать: любопытный по натуре человек иначе не может, а Староста был любопытен, это К. понял, когда заметил, с каким заинтересованным видом прикованный к постели больной старик следил за каждым его движением.

— Ну, почему же полный крах? — сказал К. Если он правильно уразумел смысл вчерашних рассуждений господина Старосты, после того как разразится катастрофа, будут незамедлительно изданы новые распоряжения и указы, ибо установленный Замком порядок сводится к перемещениям с места на место, иначе говоря, перетаскиванию туда и сюда различных папок, дел, документов, прошений, которые сложены штабелями и ждут обработки, а в конечном счете сгинут в хорошо отлаженной системе. Ведь именно этим объясняется, — конечно, если он все правильно понял, — то, что документы бесследно исчезают, вопреки утверждениям, что в этом ведомстве ничто никогда не может исчезнуть. Полный крах тут ничего не изменит. Потом, ведь четкая последовательность не установлена. Просто берется из штабеля первое попавшееся дело, обычно — то, что лежит сверху, и производится его обработка. Здесь ничто не может измениться, здесь все остается неизменным. Кое-кому в Деревне приходится ждать ответа дольше, чем они надеялись, зато другие, подав прошение, нежданно-негаданно получают ответ из Замка уже назавтра. Не так ли?

Под ожидающим ответа, требовательным взглядом К. Староста заворочался в постели. В конце концов он пробормотал:

— Вы хотите невозможного...

— Ну, давайте условимся: сегодня меня здесь не было и мы с вами сегодня не вели разговоров о странных, непостижимых уму и нарушающих порядок вещах, не говорили о необходимой при подобных обстоятельствах бдительности.