|
Фреда в тот момент не волновало решительно ничто, кроме долгой, утомительной поездки в Париж. Он рассеянно думал о сандвиче и сравнивал достоинства большой чашки дымящегося ароматного кофе и запотевшей бутылки пильзнерского пива – холодного, изумительно терпкого и освежающего прокуренный рот. При виде несущегося на него человека в нелепой маске Серва так и остолбенел, протягивая руку к выключателю и задаваясь нелепым вопросом: неужто в Сен Тропе сейчас карнавал? В апреле тут устраивались кое какие празднества, когда местные обитатели радостно палили из пушек и поднимали великий тарарам. Фред как раз прикидывал, что это за праздник, но тут зубило врезалось в голову над ухом, и все мысли разом померкли.
– Готов, – выдохнул Раймонд. – И все таки ты дурак, – спокойно сказал корсиканец, – он мог завопить или стукнуть тебя первым. – Давай сматываться отсюда. – Зачем тебе понадобилось его лупить? Веревки ведь осталась уйма. А эта стальная штуковина… Почему ты просто не врезал ему под дых? Еще на какой нибудь сантиметр поглубже, и ты бы его прикончил, дурья башка. – Мы получили то, что хотели. Пойдем! – Чтобы первый же фараон, увидев открытую дверь, его нашел? Возьми ключи и запри дверь, олух ты эдакий. Мы ничего тут особенно не попортили, не считая головы Серва. Если запереть магазин, еще неизвестно, кто первым его найдет – железнодорожник или та женщина. Ни тот ни другая не появятся тут раньше восьми. – Я погляжу, в порядке ли он. – А я тогда запру двери. – У корсиканца значительно поубавилось восхищения умом Раймонда. Но нельзя бросать друзей в трудную минуту. Это непростительное преступление. Спокойно дожидаясь у двери в коридор, Жо размышлял о том, что, в конце концов, именно Раймонд все спланировал и нашел деньги. Корсиканец и сам мог бить людей по башке, но в одиночку он не сумел бы влезть на стену. Это Раймонд подумал о стеклорезе и скотче, пластыре и электрическом счетчике. А главное, Капитан выяснил, что здесь хранятся приличные деньги. Семь тысяч франков восстановили пошатнувшийся авторитет Раймонда. Капитан подложил красную бархатную подушку под голову Фреда. Он ничего не имел против этого человека и надеялся, что тот ранен не тяжело. Не так уж сильно он ударил, да и удар получился скользящий. Это не то что… ну, допустим, пистолет. И все таки теперь их с корсиканцем затея превратилась в грабеж с применением насилия. Так что лучше не попадаться. Серва дышал ровно и спокойно. Раймонд пощупал пульс. По крайней мере, таковой был. Слава богу, Серва не мертв. Четверть часа спустя они ехали на мотороллере обратно в Ле Лаванду, еще через полчаса намереваясь добраться до машины. Все было обдумано и обговорено заранее. Первым долгом следовало избавиться от веревки, масок, пластыря, вспоротого банковского саквояжа, чеков. Оказавшись в Жьене, Раймонд должен был немедленно увести судно. Корсиканец собирался ехать прямиком в Канны через Фрежюс. Там он, как и предполагалось, заберет Ландыш, и они переберутся в Италию. Жо до сих пор ничего не сказал об этом Раймонду. На семь тысяч можно неплохо гульнуть, и это, безусловно, сулит им медовый месяц в Портофино. Маленький английский двухместный автомобиль полетит обратно через Море как томагавк.
Глава 13
По пути в гавань Раймонд встретил идущую от мыса лодку Кристофа с Натали на борту и в первое мгновение испугался. Оба судна покачивались в такт друг другу и волнам, уже довольно высоким, хотя ветра пока почти не было. Два мотора нервно постукивали на холостом ходу всего в трех четырех метрах друг от друга. – Привет, Кристоф. – Добрый день, Капитан. – Надвигается большой мистраль. Я всю ночь провел у Лангустье. – Поймал что нибудь? – Ничего достойного упоминания. |
