Подполковник Скульдицкий не был в составе экзаменационной комиссии и в перерыве подошел ко мне:

– Признаюсь, что я восхищен вашими знаниями и умением держаться перед высокой комиссией, которая решает ваше будущее. Я никак не пойму, или у вас отменно развита фантазия, или вы что-то знаете о том, что ждет нас впереди.

– Владимир Иванович, есть такая наука футурология, которая производит экстраполяцию уже существующих технологических, экономических или социальных тенденций. Возьмите самую модную новинку – телефон. Еще десять лет назад это казалось фантастикой, а сейчас телефонные аппараты являются непременными атрибутами учреждений власти и состоятельных граждан. Но пройдет пять-семь лет, и мы увидим телефонные аппараты в армии для связи командиров со своими частями и подразделениями. Потом телефоны будут все миниатюрнее и миниатюрнее, а с развитием радиосвязи у каждого человека будут маленькие радиотелефоны, с которым они не будут расставаться и будут звонить то домой, то друзьям, то заказывать билеты в театр. Даже коровы будут носить ошейники с телефонными аппаратами и слушать голос хозяев, чтобы давать больше качественного молока. Не смейтесь. Ученые проведут изыскания и установят, что под музыку Бетховена коровы будут давать больше молока. Или возьмите прачек, которые стирают наше белье. В Англии уже сделали ручные агрегаты, состоящие из бака с водой и с мылом. В бак погружается белье, а находящийся в баке активатор при помощи ручки вращает белье и обеспечивает наиболее качественную стирку белья. Постиранное белье пропускается через два резиновых валика, которые выжимают белье. А если в этот агрегат поставить электрический мотор, то машина сама будет стирать белье, а прачка в это время будет читать газету.

– Да, вы действительно великий фантазер, – вытирал глаза от слез смеха подполковник, – но у меня даже нет слов, чтобы возразить вам в чем-то. Есть у меня на примете один человечек, который о будущем знает намного больше вас. Я вас обязательно с ним познакомлю. А вы, когда придете на военную службу, то посмотрите, как можно модернизировать наше оружие.

– Обязательно посмотрю, – пообещал я, и тут нас пригласили в актовый зал.

В почтительной тишине председатель комиссии зачитал приговор, что я успешно сдал экзамены за курс Томского императорского университета и мне присваивается квалификация кандидата физико-математических наук, что настоящим дипломом с подписями членов государственной комиссии и государственной печатью удостоверяется.

Аплодисменты. А я был счастлив. Поздравления. Небольшой фуршет, устроенный департаментом просвещения в честь собравшихся и, естественно, кандидата.

Членами комиссии были такие же Скульдицкие и интересовались вопросами футурологии в различных областях. И я, как Иван Александрович Хлестаков, фантазировал налево и направо.

– А что вы думаете о катренах господина Нострадамуса? – спросил меня председатель комиссии. – Насколько они прорицательны и соответствуют действительности?

– Я приношу глубочайшие извинения перед присутствующими здесь нострадамоведами, если такие есть среди нас, – сказал я, – но в его катренах нет ничего такого, что указывало бы на точность его намеков. Все, о чем он пишет, относится к концу двадцатого и началу двадцать первого века, и мы, увы, не сможем проверить их достоверность, возможно, что нашим потомкам доведется узнать истину, и еще неизвестно, будет ли эта истина истиной. Прорицателем может стать любой выпускник классического университета, имеющий познания в изучаемых областях. Например, медики, коими силен Томский императорский университет, может быть, первыми будут пришивать оторванные руки и ноги, пересаживать сердца и другие человеческие органы.