|
В шахматах его бесила пауза, предоставляемая сопернику на обдумывание хода. Мне казалось, что он бы переставлял фигуры мгновенно, а потом схватил доску и еще огрел ею противника, но выдержка и воспитание брали верх над естественными инстинктами дикого человека. Но зато он хорошо играл в бильярд, в английскую игру, называемую «снукер», а там нужно быть истинным джентльменом английского пошиба.
Отходя от революционных мыслей, я снова окунаюсь в ротные дела. По приказу директора корпуса, который я же и готовил, провел проверку огневой выучки личного состава роты на полигоне корпуса. Каждый день рота выставляла караул на объектах корпуса и должна быть хорошо подготовлена для защиты охраняемых объектов. В конце сентября я провел стрельбы с полуротой, не прекращая участия солдат в учебном процессе корпуса. Стрельба первого взвода по мишеням показала неудовлетворительный результат. Неужели сказалось долгое отсутствие офицеров в роте? Возможно, что и так. Я взял винтовку взводного унтер-офицера и из положения стоя произвел три выстрела по ростовой мишени. Показчик показал, что есть одна пробоина в нижней части мишени. Здорово. Я вообще-то всегда считался хорошим стрелком, а здесь даже солдаты стали посмеиваться исподтишка. Единственный вывод – винтовка не приведена к нормальному бою. Взял вторую винтовку, результат тот же. Нужно же что-то делать, чтобы не потерять авторитет. Взял фанерку размером сторон не более полуметра и нарисовал на ней хорошо видимый черный крест. Мишень установили на расстояние сто метров. Приготовил место для стрельбы, расстелив брезентовую подстилку, чтобы не пачкать новенький мундир. Нужно надевать полевую форму на полевые занятия и не сверкать серебром погон. Для упора взял два холщовых мешка с песком. Полурота внимательно следила за моими приготовлениями. Проверил крепление штыка на винтовке. Пристрелка обязательно производится с примкнутым штыком. Тщательно прицелился в центр креста. Первый выстрел – султанчик пыли слева от мишени. Взял правее – мишень дернулась. Взял еще правее – снова мишень дернулась. При рассмотрении оказалось, что отклонение от средней точки попадания составляет примерно тридцать сантиметров влево. Как с такой винтовкой стрелять по противнику? Никак. Я, во всяком случае, знаю точку прицеливания, чтобы винтовка стреляла в цель. Снова прицелился с учетом выявленного отклонения из положения стоя в ту же ростовую мишень, по которой стрелял в первый раз. Произвел три выстрела. Три попадания в центр с кучностью размером с серебряный рубль. Вот тут-то рты у солдат вытянулись от удивления. «Надо же, – вероятно, подумали все, – а командир-то наш вообще. Ему палец в рот не клади». Вместо стрельбы пришлось заняться упражнениями по штыковому бою по хворостяным силуэтам на подставке, зато обратно в расположение корпуса пробежались бегом. Давно не бегали, запыхались, животы поотрастили. На следующий день я подал рапорт, в строевое управление, оно же ведало и учебным процессом, в котором изложил необходимость приведения к нормальному бою оружия роты учебного обеспечения, несущей караульную службу и предназначенной для защиты кадетского корпуса, и просил откомандировать со мной старшего мастера по артиллерийско-техническому вооружению коллежского регистратора Перевозчикова Семена Федоровича. На мой рапорт была наложена положительная резолюция заместителя директора корпуса по строевой и учебной части. К рапорту прилагался план приведения пристрелки оружия. Пристрелка у нас заняла два месяца, почти до самого Рождества, которое Россия отмечала одновременно со всем христианским миром. Пристрелку мы производили вдвоем в присутствии владельцев оружия, чтобы и они видели, как стреляет их оружие. Сначала три выстрела в пристрелочную мишень. Затем определение средней точки попадания. |
