К трем часам утра по времени космодрома имени Черчилля спутник уже перешел на новую траекторию, которая, согласно расчетам, неизбежно выводила его за пределы зоны земной гравитации. Двигатель «Имхотепа» мог передавать импульсы, разгоняющие летательный аппарат до скорости сорок тысяч километров в час. Спутник описал большой эллипс вокруг Земли, а во время второго витка отклонился в сторону, образовав гиперболу, которая выбросила его к Луне. Оттолкнувшись от ее гравитации, «Имхотеп», по всей вероятности, намеревался двинуться по Солнечной системе в новом, пока неизвестном направлении. Власти космодрома не могли ни объяснить, ни контролировать этот процесс, никакой программы подобного типа в скромной бортовой нейроматрице не было. НАСА попыталось в спешном порядке направить миссию наблюдателей с орбитальной станции «Альфа», но специалисты быстро поняли, что астронавты едва успеют погрузиться в космический челнок, когда искусственный спутник пронесется к ночному светилу.

Все телеканалы прерывали свои программы, чтобы сообщить экстренную новость: запущенный сектой спутник пустился наутек — к звездам. Эксперты терялись в догадках. Является ли это частью таинственной программы «Омега», упомянутой в нескольких полицейских отчетах? Следует ли говорить об аэрокосмической версии войны, которую мафиозные кланы и объединения мистиков вели друг с другом за контроль над неведомыми биотехнологиями российского происхождения? Предполагалось, что кровавая разборка на плато Мон-Ройал стала лишь эпизодом этой войны.

На космодроме в Манитобе целые команды ученых отслеживали безумную траекторию спутника в ледяном межпланетном пространстве.

В двух тысячах километрах к востоку, в доме номер десять по улице Онтарио, начиналось утро — обессиленные хакеры сделали перерыв, жадно набросившись на биогамбургеры и гипервитаминизированную газировку.

В гудящем улье на последнем этаже, среди многочисленных мониторов, восьмичасовое напряжение сменилось кратковременным затишьем. «Киборги», глаза которых покраснели от непрерывной работы, молча жевали свой завтрак. Тороп дремал возле окна, развалившись в кресле и вытянув ноги на журнальный столик, заставленный электронными устройствами.

И тут явился Вакс с распечаткой утренних газет в руках и улыбкой победителя на лице.

— Юникс, — окликнул он киборга. — Включите новостной канал СВС. — Он протянул Торопу пачку листов, распечатанных на лазерном принтере: — Господин Тороп, у вас отменная интуиция. Никогда бы не поверил, что Мари способна на что-то подобное.

Благодаря новейшим технологиям, утренние газеты могли постоянно обновлять свое содержимое. Все более широкое распространение бумаги с электронными чипами позволяло абсолютно каждому читателю иметь неистощимый кладезь печатного слова прямо у себя дома.

Передовицы ночных выпусков газет «Журналь де Монреаль», «Пресс», «Девуар», «Газетт» открывались статьей о взломе программы управления ноэлитским спутником. Это деяние приписывалось заклятым врагам сектантов.

«РЕЛИГИОЗНЫЕ ВОЙНЫ ВЫШЛИ НА ОРБИТУ ЗЕМЛИ»

— гласил заголовок «Газетт».

Однако к восьми утра первый слой информации оказался затоплен новым потоком сведений. Наиболее уместным было бы сравнение с разливом вулканической лавы.

«ЦЕРКОВЬ НОВОГО ВОСКРЕШЕНИЯ УНИЧТОЖЕНА ВИРУСОМ-УБИЙЦЕЙ: ПО ДАННЫМ ПОЛИЦИИ, ПОГИБЛО БОЛЕЕ 200 ЧЕЛОВЕК»

— трубила «Журналь де Монреаль».

Тороп смотрел на Вакса, на хакеров, подключавшихся к телеканалам, и на изображения, появившиеся сразу на нескольких мониторах.

«Катаклизм. Да, так оно и есть».

48

Если верить схеме развития событий, восстановленной Сыскной полицией Квебека в первые же дни расследования, молодая женщина, уроженка Южной Африки, по имени Мириам Клейн, прибыла в монреальский аэропорт Дорваль из Лондона 17 марта 2014 года, за три дня до намеченного запуска спутника.