– Да он ведь по большей части уже об этом знал! – возразил Карло. – Кто-то дал ему наводку.

– На меня не смотри, – сказала Аманда, – я никому не говорила.

– Даже тем, кто, по твоему мнению, умеет хранить секреты?

– Я не дура, Карло.

Аманда принесла транквилизатор, и Карло подготовил дротики с четвертью обычной дозы препарата. Все древесники еще спали, поэтому попасть в большинство из них было несложно, но Пия пряталась за таким количеством веток и цветов, что как следует прицелиться в нее было просто невозможно. Карло вошел в клетку, подобрался к ней по одной из веток и всадил дротик ей в грудь. Ее дочь, Рина, зашевелилась и начала рокотать; дотянувшись до нее, Карло взял девочку на руки, чтобы успокоить. Он держал ее в момент рождения, и с тех пор она относилась к нему с терпимостью. Ко ее матери по-прежнему жил в лесу, но если поведение Бенигно было хоть сколько-нибудь показательным, Пио не проявил бы к ней ни сильной привязанности, ни враждебности.

– Я сначала заберу этих двоих, – прокричал он Аманде.

Вход в лес располагался неподалеку, а коридор был пуст. Рина цеплялась за плечо Карло, который перебирался по веревке, волоча рядом с собой тело ее матери. Аманда следовала за ним с Бенигной и ее дочерью Ренатой – девочка растерянно ерзала и рокотала в сетке.

В лесу Карло поднял Пию чуть ближе к древесному пологу, тщательно маневрируя, чтобы не дать ей угодить в капканы из острых ветвей; он снова был удивлен тому трюку, который провернула Зосима, сбежав от него с Бенигной «на буксире». Пия уже начала шевелиться, поэтому он выпустил ее и дождался, пока она не уцепится за соседнюю ветку; она все еще была слаба, но теперь можно было не бояться, что она куда-то уплывет из-за невесомости. Рина забралась на грудь своей матери, и Карло направился обратно, к подножию леса. Аманда вместе со своими пассажирами залезла на другое дерево, но от Карло отстала несильно и вскоре его догнала.

– Нам надо узнать наверняка, что дети способны к нормальному размножению, – выразил свое беспокойство Карло. – Это важнее, чем ответ на вопрос, сможем ли мы вызвать повторные роды.

– Половозрелого возраста они достигнут только через два года, – ответила Аманда. – Тебе не кажется, что важнее сохранить им жизнь, чем держать под наблюдением?

– Разумеется. – Карло замешкался. – По-твоему, это Макария говорила с Тоско?

– Вряд ли, – сказала Аманда. – Если бы она хотела уничтожить нашу работу, то могла бы отравить самих древесников и испортить ленты до того, как мы сделали запасные копии.

– Это верно. – Но тогда кто? После родов Бенигны в лаборатории постоянно дежурил кто-нибудь из их троицы, но Карло зачастую проводил половину своей смены в соседней кладовке. Тоско мог попросить кого-нибудь заглянуть к ним без предупреждения – и тогда вместе со своим информатором он смог бы сам по большей части восстановить картину происходящего.

Они перенесли оставшихся древесников в лес, поле чего начали отсоединять светопроигрыватели от расположенных под клетками люков. Все, что здесь находилось, можно было воссоздать заново, но Карло не собирался просто так уступать оборудование своим противникам, если у него все еще был выбор. Каждый из трех ученых спрятал по три копии записей, не раскрывая остальным их местонахождение. Так что если у Тоско не было собственной маленькой армии шпионов, работающих круглыми сутками, ему вряд ли бы удалось найти все экземпляры.

Когда они упаковали оборудование, Аманда взяла один из ящиков и обвела взглядом опустевшую каюту.

– И что дальше?

– Мне придется обратиться в Совет, – решил Карло. – Нам потребуется их защита.

– А что, если они, наоборот, встанут на сторону Тоско?

Карло нахмурился.