– Я похоронил отца, Данглар, – спокойно объяснил Адамберг. – Мы сидели с ним под голубятней, смотрели на сарыча, который кружил над нами. Светило солнце, он упал.

– Почему вы ничего не сказали? – проворчал Данглар, которого почему‑то обижала скрытность комиссара.

– Я лежал рядом с ним, пока не стемнело, придерживая его голову на своем плече. Я бы и сейчас там лежал, но к ночи нас нашла группа охотников. Когда закрывали гроб, я снял с его руки это кольцо. А вы думали, я женился? На Камилле?

– Такая мысль пришла мне в голову.

Адамберг улыбнулся:

– Ну вот и ответ на ваш вопрос. Вы знаете лучше меня, что я раз десять отпускал от себя Камиллу, не сомневаясь, что поезд пройдет и в одиннадцатый раз, в тот день, когда меня это устроит. А он ушел.

– Ну, как знать, может, стрелочники виноваты.

– Поезда, как и люди, не любят ходить по замкнутому кругу. В какой‑то момент это начинает их раздражать. Похоронив отца, я начал собирать гальку в реке. Вот это у меня получается. Вообразите себе долготерпение воды, текущей по камешкам. Да и они ничего, не протестуют, хотя река между делом смывает с них все шероховатости. В итоге побеждает вода.

– Если уж на то пошло, я на стороне камней, а не воды.

– С вас станется, – лениво проговорил Адамберг. – Кстати о камнях и воде, Данглар. Во‑первых, в моем новом доме живет призрак. Кровожадная и алчная монахиня, павшая от кулака одного дубильщика в 1771 году. Он ее просто расплющил. Вот так. Она проживает в текучем состоянии у меня на чердаке. Это в том, что касается воды.

– Понятно, – осторожно сказал Данглар. – А камней?

– Я встречался с новым судебным медиком.

– Говорят, она элегантна, холодна и непреклонна.

– И жутко талантлива, Данглар. Вы знакомы с ее диссертацией об убийцах, расщепленных пополам?

Вопрос с оплаченным ответом – Данглар читал все, вплоть до противопожарной инструкции, пришпиленной к двери гостиничного номера.

– Раздвоенных, – поправил его Данглар. – «Две стороны одного преступления». Эта книжонка наделала много шума.

– Дело в том, что чуть больше двадцати лет назад мы разругались в пух и прах в забегаловке в Гавре.

– И остались врагами?

– Отнюдь. Милые бранятся – только тешатся. Правда, я не советую вам идти с ней в кафе, она такие смеси изобретает, что английский моряк на ногах не устоит. Ариана занимается трупами с Порт‑де‑ла‑Шапель. Она считает, что парней убила женщина. Сегодня вечером она представит свои первые заключения.

– Женщина?

Данглар возмущенно распрямил свое поникшее тело. Мысль о том, что женщина может убить, выводила его из себя.

– Твоя Ариана видела их габариты? Что она заливает?

– Осторожнее на поворотах. Доктор Лагард никогда не ошибается или почти никогда. Передадим ее заключение Наркотделу, чтобы они отстали.

– Мортье не остановишь. Он уже несколько месяцев бьется с дилерами между Порт‑де‑Клиньянкур и Порт‑де‑ла‑Шапель. У него сейчас плохая ситуация, ему подавай результаты. Он два раза утром звонил, как с цепи сорвался.

– Ну и пусть. Вода свое возьмет.

– Что вы собираетесь делать?

– С монахиней?

– С Диалой и Пайкой.