— Айви может держать мою душу, — прошептала она, ее голос прерывался. — У нее уже есть мое сердце, — выдохнула она, опуская голова, таким образом, ее волосы скрыли лицо. — О, Боже это больно. То, что ты можешь сделать, это причиняет боль. Пожалуйста. Просто сделай что-нибудь. Я не могу так жить.

Потребность исправить это, казалось, согревала меня. Мои руки дрожали, и покалывание мчалось по мне, когда Трент приобнял меня за талию. Я чувствовала себя больной, затаившей дыхание.

— Это сломает оригинальное проклятие, не так ли?

Небольшая улыбка, в которой была боль, появилась на лице Ала.

— Ничто не сможет этого сделать, но вкладывать душу можно на индивидуальной основе и успокаивающе медленно, когда это проникнет в население и даст нам что-то, чем можно заплатить за аренду.

— Переход будет постепенным, чтобы не разрушить текущий баланс, — сказал Трент, его выражение лица было обнадеживающим, когда он видел возможности в том, что мы собирались развязать. Я думала, что правильно сделать это здесь в разрушенной церкви.

— Что нам понадобиться? — сказала я, и Ал хлопнул в ладоши, заставляя меня подскочить, а пыльцу Дженкса пролиться яркими искрами серебряного и черного.

— Соль, — сказал он, его глаза вспыхнули. — Много, очень много соли.

Переводчики: maryiv1205

Глава 30

У нас не было соли благодаря зажигательной бомбе, которая была брошена в мою кухню, но у нас была пыльца пикси. Дженкс стал почти своим старым «я», когда мы готовили заклинание, чувствуя себя необходимыми, когда мы таскали мебель, чтобы создать больше пространства в святилище. Свечи пылали на подоконниках у витражей, Бис дремал, свисая со светильника над бильярдным столом. Он ни на мгновение не проснулся, когда Трент вонзил его когти на ногах в холодный металл, и он был похож на огромную летучую мышь, висящую там. Я надеялась, что он был в порядке, и пообещала себе, что разберусь со всем… по одной проблеме за раз.

У меня скрутило живот, когда Ал закончил вытирать старый дубовый пол, его козлиные глаза стали взволнованными, когда он бросил мое шелковое платье в угол, удалив «избыточные случайные ионы» с ним.

— Айви встает в центр, — сказал Ал, его слова звучали не уверено. — Спираль направляется наружу от нее.

— Айви? — позвала я, слыша, как она ласково уговаривала Нину выйти из их комнаты. Та все еще была связана, но она оцепенело сидела там, куда Айви ее посадила. Подозрительно, я повернулся к Алу. Его движения были слишком быстрыми, слишком резкими. Он хотел этого, как раз когда его сожаление и беспокойство росли с каждым моментом. — Почему ты это делаешь? — спросила я.

— Дженкс, посыпь спираль, пожалуйста, — сказал демон, избегая меня и моих прищуренных глаз. — Начни в центре и иди против часовой стрелки. Три руки — это традиция. И сделай достаточно пространства так, чтобы, если Рейчел упадет, то она не заденет одну из рук.

Упаду?

— Ты хочешь, чтобы тут горело? — спросил Дженкс, и Ал заколебался.

— Э, нет, но чем дольше ты сможешь заставить пыльцу пылать, тем лучше.

Уперев руки в бедра, я хмурилась.

— Почему ты это делаешь? — снова спросила я, и он посмотрел мне в глаза.

— Ты стоишь на пути. — Взяв меня за плечи, он отодвинул меня ближе к бильярдному столу. Раздраженно, я наблюдала, как Дженкс счастливо сыпал сверкающий серебряный путь, катаясь на коньках в дюйме от пола, когда он светил жаром, который я могла сказать, продлится хорошие пять минут.