- Неужели помогла? - удивился атлан.

    - Угу, - кивнул чародей. - Политика нового жречества оказалась простой: если ты недоволен чем-то, ступай и пожалуйся Уагаду. Лично.

    - А-а-а... э-э-э... - недоумевая, нахмурился Анчар - и вдруг глаза его расширились: - Человеческие жертвоприношения?..

    - Они самые, - угрюмо подтвердил маг и продолжил: - Недовольных теперь хватают на улицах и базарах и отправляют прямиком в храм, и теперь человек, прежде чем на что-то пожаловаться в присутствии другого, не раз и не два подумает, а настолько ли ему плохо.

    - И старое жречество полностью отвернулось от Жирафа?

    - Довольные новым порядком отвернулись.

    - А недовольные богом ушли вместе с недовольными абиоем?

    - Именно, - вздохнул Агафон. - С претензиями к Уагаду отправились все старики - кроме верховного и его прихлебателей. А еще, откуда ни возьмись, появилась верховная жрица - Просветленная.

    - А до этого была какая? - не понял атлан.

    - Никакой не было. Это ее титул.

    - Кхм. А. Ну да.

    - ...и они со старым Кокодло начали набирать новых жрецов. Исключительно с магическими способностями. Но поскольку магов в любой стране и так не густо, а количество тех, кто от привычной жизни захочет идти в услужение в храм вообще можно пересчитать по пальцам одной руки... и еще четыре останется... а после того, как их брата стали насильно затягивать в это гнилое дело, разбежалась или попряталась половина из тех, что было... Короче, магов в жрецы стали рекрутировать не только в Узамбаре. Так я и оказался в послушниках. И ты, кстати, тоже. И твоя женщина.

    - Она не моя! - возмущенно воскликнул атлан, едва не заглушив концерт.

    Агафона потупил очи долу - не иначе, чтобы спрятать лукавый огонек:

    - Хорошо. И не твоя женщина, до которой тебе нет никакого дела.

    - Я не сказал, что мне до нее... то есть, в смысле... То есть, не в том смысле, про который ты подумал... то есть, я подумал, что ты подумал... то есть, ты подумал, что я подумал, что ты поду... - волшебник и сердито прервался на полуслове: - Кабуча! Мы не про меня и не про нее сейчас говорим!

    - Я так и подумал, что ты так подумал, - невинно моргнул Агафон.

    Анчар осторожно покосился на собеседника, и, не углядев насмешки, расслабился.

    - Да. Так. Хорошо. Кхм. То есть, я хотел спросить, почему жрецами должны быть исключительно маги? И причем тут наблюдения Адалета?

    Агафон поморщился:

    - А вот тут и начинается самое интересное. Абиой, похоже, понимает, что одним кнутом от народа можно добиться только бунта, и поэтому догадался - или его надоумили - показать им банан. Во всех храмах Уагаду последние полгода жрецы объявляют, что доброму народу Мангангедолы осталось потерпеть лишения еще немного, ибо сразу, как только будет достроен храм брату Уагады - Синьоболокодване, наступит лучшая жизнь.

    - Как? - недоверчиво прищурился атлан.

    - Уагаду пойдет пасти скот, а ее брательник - работать в полях, не иначе, - ухмыльнулся Агафон.

    - И народ в это верит?

    - Не знаю, во что они там верят и каким местом при этом что думают... Но терпеть пока терпят. Не то, чтобы у них было много выбора.

    - И ты хочешь сказать, что постройка храма как-то связана с отрицательной напряженностью магического поля в стране? - нахмурился атлан.

    - Похоже, что да.