Шлюпка скользнула к причалу, плотно заставленному ожидающими солдатами. Тяжеловооруженные люди не кланялись и не оказывали глядящему на них в упор Никабару никаких знаков почтения. Они просто ждали с каменными лицами, а позади другие солдаты сдерживали напор любопытных зевак, которые собрались посмотреть на возвращающегося адмирала. Данар Никабар ухмыльнулся толпе и солдатам в шлемах, но его самоуверенная улыбка погасла, когда он заметил ожидающий его экипаж. Это была большая карета, из тех, что принадлежали самому умершему императору. Она была украшена драгоценными камнями и запряжена четверкой белых жеребцов. А рядом с каретой сидел на своем огромном коне генерал Форто, надменно озирая все, что находилось ниже его. За спиной у генерала был боевой топор. Никабар не видел Форто почти год, и за это время уродливые черты генерала ничуть не смягчились. В своих боевых доспехах Форто казался еще огромнее, чем обычно, и походил на один из монументов Нара – холодный, бесплодный, недвижимый. Пока шлюпка вставала у причала, генерал рысцой подъехал к берегу. Лодка пришвартовалась, и Никабар вышел на причал. Форто ждал, глядя на него с веселой злобой, не слезая с храпящего коня.

– Добро пожаловать домой, Данар, – пробасил генерал. Его голос звучал насмешливо. – Как я рад тебя видеть!

– Я бы сказал то же самое, да не хочу лгать, – откликнулся Никабар. Он не поклонился генералу и никаких других вежливых жестов делать не стал. Не спешившись, генерал явно хотел его оскорбить, и Никабар не намерен был проявлять уважение к этому мяснику. – Я привез послание Его Святейшеству, Форто. С тобой мне обсуждать нечего.

– Значит, наш разговор подождет, моряк. Но могу тебе обещать: мы еще поговорим. Садись в карету. Я отвезу тебя к собору.

Никабар взглянул на все растущую толпу.

– Ты со своим епископом совсем околдовали этих людей. Наверное, мне следовало бы тебя с этим поздравить. Но это ненадолго. И это – мое тебе обещание. – Адмирал махнул рукой в сторону своего флагманского корабля, стоящего в гавани на якоре. – Посмотри на мои корабли как следует. Если со мной что-то случится, у них приказ открывать огонь. Они пробьют в городе такую большую дыру, что в нее даже ты сможешь пролезть.

– Бог да простит тебе твои богохульства, Дакар. Право, мне тебя жаль. Садись в карету. На сегодня я даю тебе слово: ты в безопасности.

Слово Форто ничего не стоило, но Никабар все равно сел в карету. Она была пуста, и бархатные сиденья с длинным ворсом оказались невероятно удобными. Никабар уселся и высунулся в окно. Несколько смелых нарцев помахали ему, и он замахал им в ответ, неожиданно обрадовавшись своему странному возвращению домой. Он скучал по Нару. Жизнь в море терпима, лишь когда у тебя есть дом, куда можно возвратиться, а у него дома не было. Утратить Черный город – это все равно что утратить прекрасную женщину. Ее нельзя забыть.

Форто дал команду своим солдатам, и карета тронулась, увозя Никабара от пристани на улицы столицы. Сразу же появились колоссальные небоскребы, застилая улицу своими тенями. Небо закрыли тучи подсвеченного огнем дыма из чудовищных труб. Вдали виднелись башни Черного дворца, бывшего жилища Аркуса, и гигантская усыпальница посреди большой травяной поляны, воздвигнутая Бьяджио в память о возлюбленном императоре.