— Молодцы, — я кивнул. — Боцман жив?

— Да, что ему сделается, — Кондратьев расслабился. Почему-то он решил, что я лично с Ушаковым под мышкой приперся, чтобы его арестовать. Правда, за что, придумать пока не сумел. — Живой. Разгрузкой руководит.

— Кто придумал к раненным греков с их мухами допустить, да товары редкие в пищу пустить? — деловито спросил я.

— Я. Хоть казни, государь, но и в другой раз так же поступил бы.

— Да чего ты орешь, — я демонстративно поковырял в ухе. — Сказал же, молодец. Как в себя придете, с боцманом во дворец подъезжайте. Награды заслуженные получать. Правда, бал не обещаю, не до балов мне сейчас. Траур, сам понимаешь. Но, какой-то полупраздничный ужин гарантирую. Да, самое главное ты мне и не сказал, кто на вас напал, под чьим флагом эти твари шли?

— Британский флаг на флагмане был, — твердо сказал Кондратьев.

— Я так и подумал, — встав с кресла я направился к двери, а когда все остальные потянулись за мной, оставив Кондратьева чесать макушку, размышляя, а что это вообще было, я повернулся к нему. — Да, Василий Фролович, есть такое выражение, что за хорошо выполненную работу обычно в награду дают еще более сложную. Так что не расслабляйся, а готовься вместе со своим боцманом, скоро тебе представится возможность отомстить этим тварям, которые поживиться за наш счет хотели. — И после этих слов я вышел из комнаты.

Глава 14

Ласси вылез из кареты и огляделся по сторонам. Зима подходила к концу, и совсем скоро должна будет возобновиться эта странная кампания, сути которой, похоже, не понимал никто из ее участников. Весна уже чувствовалась во всем, Ласси поднял голову, глядя на щебечущих птиц, радующихся яркому солнцу, греющему уже по-настоящему.

— Довольно живописное местечко, — произнес фельдмаршал, направляясь прямиком к каретам, которые были приготовлены к отъезду.

Он едва успел сюда, оставив часть армии в Берлине, после того как лишь часть посланных в Бранденбург гвардейцев вернулось назад. Лопухин был ранен, но сумел вырваться и сообщил ему, что пробиться к принцу не удалось. Оставленный в Бранденбурге Фридрихом полк выполнял роль то ли охраны, то ли надсмотрщиков за братом беглого короля и его семьей. Командир этого полка ждал приказа, чтобы отвезти наследника престола туда, куда будет угодно его королю. В общем, посланной Ласси роте там делать было нечего, они едва смогли ноги унести, чтобы все новости фельдмаршалу передать. Ждать приказов из Петербурга было некогда, можно было за время ожидания опоздать ко всему на свете, и Ласси принял решение о захвате Бранденбурга. Эта задача не представлялась ему чем-то сверхординарным, тем более, что почти вся основная армия сейчас находилась с Фридрихом. Собственно, все так и произошло, как он планировал. Хотя прусский полк и оказал яростное сопротивление, но его быстро подавили.

И вот сейчас Ласси стоял во внутреннем дворе Ораниенбурга и смотрел, как из дворца ему навстречу вышел весьма возмущенный молодой человек.

— Как это все понимать? — в отличие от Фридриха, Август Вильгельм отличался более немецкой, что ли, внешностью.