— Простите, коммандер. Ее местоположение — «ноль девять»-«ноль семь»-«ноль девять», без изменений.

— Идем на ионной тяге в один процент, — сказала Каанг. — На расстоянии одна целая девяносто одна сотая от Гора пять.

— Все орудия нахо… — начала Кир.

В динамиках раздалось шипение статики. Оно неожиданно прекратилось, и на мостик вернулась обычная почти тишина.

Кир демонстративно взглянула на Тахла, ожидая.

— Простите, это был непривычно большой атмосферный разряд.

— И ничего более? — спросил Фурд. — Вы уверены?

— Да, коммандер, — в присутствии остальных Тахл не стал сердиться из-за вопроса, разве только про себя. — Он совпал с протуберанцем на планете. Я настроил фильтры.

— Спасибо. Кир, продолжайте.

— Все орудия находятся в полной боевой готовности, коммандер.

— Все двигатели, — заявил Смитсон, — находятся в полной готовности.

— Включая ПМ? — быстро спросил Фурд. — Она может отправиться из системы, а не в нее.

— Да, коммандер. Я это знаю. Как я и сказал, все двигатели.

Фурд взглянул на экран, весь передний полукруг которого занял Гор 5. Верхние слои планетарной атмосферы кое-где были пурпурными, охровыми, но в основном преобладал темно-красный цвет; картинка проходила через фильтрацию и все равно заливала весь мостик кровавым заревом, в нем почти, но все же не до конца растворялось сдержанное свечение сигнальных датчиков боевой готовности. Фурд видел немало газовых гигантов, некоторые были живописнее нынешнего — они часто встречались во внешних пределах систем Главной последовательности — и привык к тому, что мог глядеть им прямо в лицо так долго, как хотел. С этим же тем не менее все вышло не так. Коммандер отвернулся, нахмурившись.

— Джосер, не могли бы вы увеличить фильтрацию экрана? Мне по-прежнему этот цвет кажется слишком резким… Спасибо.

— Расстояние до Гора пять — одна целая восемьдесят восемь сотых, коммандер, — сказала Каанг. — Вы хотите, чтобы мы остановились?

— Пока не надо, спасибо. Я бы предпочел подойти чуть ближе, скажем, на одна целая восемьдесят пять сотых или даже меньше… Тахл, что с этим всплеском статики, который сейчас был?

— Все в порядке, коммандер. Я уже изменил настройки.

— Спасибо. Я просто хочу, чтобы вот эта планета, — он откинулся в кресле на фоне Гора 5 так, словно сидел в ресторане и говорил о ком-то за соседним столиком, достаточно громко, чтобы тот услышал, — не вмешивалась в наши разговоры. Это все.

Команда не стала мешать его одержимости даже теперь, готовясь вступить в бой с самым странным противником, с которым когда-либо сталкивалась; в какой-то степени все на мостике даже разделяли это чувство.

«Вера» не двигалась, оставалась инертной на всех волнах. Они легко могли получить визуальный сигнал с другой стороны планеты, как и (возможно) Она; но там было не на что смотреть, так как «Вера» находилась под защитным экраном. Она всегда шла в бой невидимой, а появлялась позже, обычно в некий момент максимального психологического напряжения. Блокировка не скрывала эмиссии двигателей, потому Ее движение приборы фиксировали; но когда Она стояла на месте, как сейчас, то становилась практически незаметной.

Корабль вывел на экран отдельное окно с изображением другой стороны Гора 5, симуляцией, где белая точка отмечала Ее позицию; Фурд смотрел на нее и думал: «Что бы ни случилось в дальнейшем, первое очко я выиграл. Я знал, ты будешь ждать.