– Понимаю.

Она встала, и, хотя ее тело все еще ныло и стонало от желания, которому не дали выхода, она улыбнулась и сказала:

– Пока, Клод.

– Спокойной ночи, Флой.

Клод смотрел ей вслед. Она казалась холодной, как дождь, который снова стал потихоньку накрапывать. Может быть, это большая медведица плачет? Флой подняла голову и посмотрела наверх. Но густые кроны деревьев загородили небо, и она ничего не увидела. Ей снова стало холодно и одиноко.

Клод издал тяжкий стон. Боже! Они целовались! Он вздохнул и откинулся на скамейку, подставив лицо под холодные капли дождя. Его мышцы постепенно расслаблялись, тело успокаивалось.

Он буквально растворился в Флой, когда они целовались. Уже два года он не испытывал ничего подобного. Ну что ж. В следующий раз он будет осторожен, когда увидит эти колдовские глаза. Очень осторожен.

6

Целых два дня без шума и грохота. Флой облегченно вздохнула. В выходные она будет наслаждаться тишиной и покоем, а с понедельника рабочие начнут менять окна и делать новые рамы. Два дня одна. Без Клода.

Она до сих пор не пришла в себя после той ночи в сквере возле клуба. Она пыталась занимать себя работой, потому что, если у нее выдавалась свободная минута, она сразу же мыслями возвращалась к тому, что произошло между ней и Клодом.

Что же произошло? Она всегда была очень разумна. Вот только в объятиях Клода она перестала слышать голос разума. Флой обессиленно села на кровать. Почему Клод приводил ее в такое смятение? Он был каким-то слишком… сильным. Сильный характер, сильная воля. Все сильное. Но главная его сила была в том, что он управлял ситуацией, а Флой хотела бы сама контролировать их отношения. Она всегда так делала. Ее романы с мужчинами всегда шли по задуманному ею сценарию.

Но Клод не из тех, кто будет играть отведенную ему роль.

Еще ее угнетало то, что он видел ее в жалком виде: униженную, оскорбленную, в слезах. Никто до этого не видел ее слабой. Надо поменьше попадаться ему на глаза. Тогда, может быть, она избежит самого страшного. Честно говоря, в эти дни она думала не столько о том, что произошло, сколько о том, чего не произошло между ними. Это пугало ее. Ее влечение к нему не должно стать сильнее. Нельзя доводить дело до постели. Осталась только одна проблема – продержаться целых три месяца, пока он будет работать в ее доме.

Три месяца – это слишком большой срок.

Интересно, почему он назвал свой брак неудачным? Флой вспомнила об Алексе. Может быть, он закончился трагедией? Может быть, он так сильно любил жену, что теперь сама мысль о браке с другой женщиной кажется ему невыносимой? Странно, что это так ее расстраивает. Ведь после смерти Алекса она тоже поклялась остаться одна.

Ее размышления прервал громкий стук в дверь. От неожиданности Флой подскочила на кровати. Она никого не ждала. Сегодня была суббота. Раннее утро. Кому она могла понадобиться? Нахмурясь, Флой встала с кровати, быстро подошла к зеркалу, чтобы поправить прическу, и спустилась на первый этаж. Флой посмотрела в глазок и увидела огромное шоколадное мороженое в вафельном стаканчике. Мэгги! Флой широко распахнула дверь. И Кэтрин!

– Сюрприз! – пропел хор из двух голосов.

– Девчонки! Вы читаете мои мысли! – радостно прокричала она и кинулась целовать подруг. За всю неделю она не испытывала большей радости. – Вы не представляете, как я скучала! – Она протянула руку, чтобы взять мороженое, но Кэтрин спрятала его за спину.

– Не так быстро. – Она внимательно оглядела Флой. – Так и есть, – сказала она Мэгги. – С ней что-то случилось.

Они обе уставились на Флой.

– Не говорите глупостей. Со мной все в порядке! – возбужденно прокричала Флой.