|
Дамы, в большинстве своём, надменны, стараются подчеркнуть украшения. Вдруг голоса смолкли, в дверях показалась женщина лет двадцати пяти на вид, определить с нашего места её возраст затруднительно. Черты лица правильные, белоснежные волосы распущены и вьются по оголённым плечам. Красное платье в пол, фигуру обтягивает, вырезы провокационные, на шее бриллиантовое колье.
— И где тут именинница⁈ — громко задала она вопрос. — О! Серафима, ты далеко уселась, — направилась она к виновнице торжества, — почему гостей не встречаешь? — женщина уверенно идёт мимо собравшихся, а те от неё шарахаются, как чёрт от ладана.
Именинница со своего места вскочила, чудом не шлёпнулась, наступив на подол платья, сумела на ногах устоять и к гостье навстречу поспешила.
— Для меня большая честь, что вы ко мне пришли, я так рада, — произнесла Серафима и сделала корявый реверанс.
— Деточка, это твой праздник, обойдёмся без расшаркиваний, — взяв за локоть девчонку, дама в красном платье заставила ту выпрямиться. — Держи, — что-то вложила в её ладошку, — это то, о чём мечтала.
— Ой, я так вам благодарна, но маман же против, — растерянно произнесла Серафима.
— С ней переговорила, мечты должны сбываться, но пока не выучишься и не сдашь экзамен за руль не сядешь. Поняла? — сказала гостья.
— Ирина Михайловна, не волнуйтесь, все условия выполню, — с горящими от восторга глазами, заявила виновница торжества. — А могу ли посмотреть подарок?
— Я так и знала! — рассмеялась её собеседница, подняла руку вверх и сделала пальцами какой-то знак.
Кому она его дала непонятно, однако, через пару секунд, в зал вкатили красный спортивный байк, перевязанный огромным розовым бантом. Мать Серафимы с умильной улыбкой благодарит гостью за такой удивительный подарок. А та, которой я вручил сертификат своей фирмы уже ходит вокруг мотоцикла.
— Алексей, на улице зима, зачем такой подарок? — задала мне вопрос Самойлова.
— У каждого свои причуды, — пожал в ответ плечами.
Нет, я не удивлён, приходилось видеть и не такое. Когда с жиру бесятся и денег куры не клюют, то порой преподносят в дар совсем странные вещи. Встречал, что дарили безделушку, стоимость которой три копейки, условно говоря, но получивший радовался, словно ребёнок. А вот стандартные презенты принимались без радости, будь то элитный алкоголь, ценой со множеством нулей, какие-нибудь эксклюзивные часы или даже драгоценности. Какая от этого радость, если можно безболезненно купить?
— Интересно, кто это такая? — задумчиво спросил я, видя, что женщина в красном приковала к себе взгляды всех собравшихся.
Что удивительно, на лицах дам и господ попытки искренних улыбок и заискиваний. Явно Ирина Михайловна близка к императору. Любовница или родственница? Она точно не вхожа в управление страной и не делает публичных заявлений. Ну, виноват, что плохо подготовился, Гидкос мне краткие характеристики на большинство влиятельных глав кланов, министров и генералов предоставил. Этой дамы там точно не наблюдал.
— Не знала, что вы вернулись в Российскую империю, — произнесла мать Серафимы, сопровождая гостью к дочери, продолжающей осматривать подарок.
— Как я могла пропустить такое торжество, — отмахнулась та и сказала: — В мире много чего случилось, а у нас всё по-старому, что радует.
— Вы уже закончили обучение, могу поздравить? — задал вопрос какой-то господин, преградивший дорогу дамам.
— Барон, ваши люди за мной следили, так зачем спрашивать! — раздражённо спросила Ирина Михайловна.
Господин улыбнулся и провёл пальцами по своим небольшим усикам, склонил голову и попросил:
— Позвольте поцеловать вашу ручку, несравненная Ирэн. |