Еще совсем недавно, у лам, чувство времени безошибочно подсказывало Касси, день наверху или ночь, но теперь оно ее оставило, и Касси уже не смогла бы сказать, долго ли они летят по однообразным темным тоннелям, вслушиваясь в черноту - не слышно ли голосов облавы или вспугнутой стаи?… Наверное, призрачный поезд и вправду пришел из прошлого, и разбил ход времени в огромной подземной паутине.

Вода в темноте, полузатопленные тоннели. Ободранные кабели на стенах мелькают в слабом свете, сочится, капает вода. Затхлый воздух, запахи гниения, и ржавчины, и десятки других запахов, которым ни Касси, ни Атис не звали названия. Зал станции… мрамор, следы роскоши, когда-то украшавшей здешние стены. Выходы завалены напрочь, нет никаких шансов подняться наверх.

Снова тоннель, снова полет, и раз за разом - то же самое. Только бы выбраться из бесконечной черноты!

Атису стало казаться, что они провели в этой темноте вечность. Так же, как и Касси, он давно потерял счет времени, тем более, что они не нуждались в сне или в отдыхе. Несколько раз, правда, Летатели останавливались - давала о себе знать жажда. Сначала оба боялись пить воду, текущую по полу тоннеля, но вскоре поняли, что другой всё равно не найти. Вода пахла железом, гнилью и сильно отдавала ржавчиной, но выбирать было не из чего.

Они опасались увеличивать скорость. Свет цветов не мог рассеять всепоглощающей тьмы, и риск налететь на что-то, подобное лялямбам, или еще худшее, был реальным. Один раз Атис вовремя остановил цветок на подлете к какой-то станции - услышал слабые, отфильтрованные расстоянием голоса. Летатели угасили свечение цветов и поднялись под самый потолок тоннеля. Вовремя - спустя минуту в него вошли люди, Касси и Атис отлично их разглядели. Оборванные, грязные, они освещали себе путь факелами, сделанными, судя по запаху, всё из той же изоляции, намотанной на что попало. Их не заметили - слишком мало давали эти факелы света. Бродяги, понял Атис. Что могло бы случиться, если бы заметили, он решил не думать.

На каждой станции они видели одну и ту же картину - наглухо замурованные выходы. Очевидно, город старался всеми силами отгородиться от подземелья, и это ему удавалось.

- Проклятье, - обреченно выдохнула Касси, когда на очередной станции они убедились в неудаче. - Не надо было выбрасывать браслеты. Что же делать-то, Атис, что же делать? Может, попробовать пойти к этим… к людям? Ведь они должны знать, где выходы.

- Касси, окстись! - хмыкнул Атис. - Они-то знают, только нам не скажут. Ты их рожи видела? Нас просто съедят. Нет, надо двигаться дальше. Самим.

- Господи, да когда же это кончится, - тихонько простонала Касси. - Куда двигаться? Может, мы вокруг одного места блуждаем! Если бы хоть разобраться, где мы… Помнишь, названия были на стенах?

Ее цветок нырнул между невысокими колоннами зала, к тоннелю, и медленно поплыл вдоль стены. С огромным трудом Касси различила след надписи, бывшей здесь когда-то давно.

- Бо… - прочитала она… - черт, ничего не разобрать! "…вицкая". Что это за "вицкая" такая? Ты помнишь схему из пирамидки? Хотя бы понять, в центре мы или на окраине.

- Не знаю, хорошо это или плохо, - пробормотал Атис, подлетая ближе и тоже вглядываясь в надпись. - По-моему, это рядом с тем залом, о котором было в инструкции. Ну что, смотаемся за свертком, или ну его на фиг?

- Что? - встрепенулась Касси. - Ты еще спрашиваешь! Конечно, надо за свертком, вдруг там будет что-то полезное! Как называлась та станция? Может, мы уже там были?

Атис задумался, наморщил лоб. Потом накрутил на палец прядку волос, поднял глаза к потолку и беззвучно зашевелил губами.

- Там была тоже какая-то "ская". Это "цкая", а та - "ская". Но у нее название менялось, и я не помню, с какого на какое. Можно вернуться на ту, что мы пролетели раньше, и посмотреть.