- Мы летим! - крикнула Касси. - Атис, ну скорее же!

- Только осторожно, умоляю! Лялямбы очень много! - закричал им вслед лама. - Очень! Найдите обходной путь, если сможете!…

- Много, не много, - проворчал Атис, - какая на фиг разница? Выхода-то всё равно нет.

Сейчас он в первый раз по-настоящему пожалел, что они выкинули браслеты. Обходной путь? Господи, помилуй…

* * *

Когда они вылетели из коридора на станцию, то поняли, о чем говорил лама. Лялямбы было не просто много. Поток черных тел выливался из тоннеля в зал пилонной станции, едва освещенный несколькими лампочками, висящими под потолком, и поток этот сопровождал шум, постоянный, несмолкающий. Скрежет когтей, шорох, хруст камня, едва различимое свистящее шипение. Сотни, если не тысячи, тварей неслись, как река, и река эта была очень опасна.

- Мама дорогая, - прошептал Атис, останавливая цветок. - Сколько же их тут?!

- Да когда-нибудь же они кончатся! - возразила Касси. - Давай под потолок, им не до нас сейчас… И здесь должен быть выход наверх, обязательно! Нельзя в тоннели без карты, мы заблудимся!

Цветок Касси завращался вокруг своей оси - она всматривалась в темноту, где в торцах станции просто обязан был быть какой-то проход.

- Вон там! - крикнула Касси. - Скорее, может, удастся пробиться наверх!

Вдалеке, пока на грани различимости, послышались голоса. Следом издалека донесся звук выстрела. Цветок Касси первым рванулся к торцу станции, над все прибывающим потоком лялямб. Сейчас, всмотревшись, можно было разобраться, что, похоже, лялямбы текут в зал сразу из трех тоннелей, и лишь в одном тоннеле скрываются. Но давка около него была такой, что, казалось, под бурлящим ковром тел лялямбы оставляют раздавленные туши своих собратьев. Нечего было и думать лезть в это месиво.

Атис остановил свой цветок, прислушался. Точно, пути к отступлению перекрыты, по тоннелям за стаей шли люди. И людей этих было много. Вдали мелькнул свет, явно электрический, вероятно, кто-то из идущих нес сильный фонарь. В эти тоннели вход был перекрыт - сунься они туда, их тут же застрелят.

- Касси, стой, - позвал он. - Нам придется туда.

Он махнул рукой в сторону тоннеля, в который втягивались лялямбы.

- Атис, ты рехнулся! Они нас раздавят! - зашипела, остановив цветок, Касси. - Хорошо, они пока по низу, а если на потолок перекинутся?! Подгребут и тушами завалят, мы не выберемся! Нельзя туда! Может, под потолком где-нибудь спрятаться или в тоннеле наверху, ты же видел, помнишь, на спуске машины какие-то были навалены, может, забраться куда-нибудь в угол, не заметят…

- Щас тебе, не заметят, - огрызнулся Атис. - Они тут все обыщут. Туда, больше некуда. Но надо, наверное, вот так…

Его цветок преобразился - лепестки поднялись вверх и сомкнулись, плотно прильнув друг к другу, через несколько секунд вместо цветка в воздухе висела серебристая удлиненная капсула.

- Поехали, - сказал Атис. Касси слышала его голос так же хорошо, как и раньше. - Касси, быстрее!

- Ой, мамочки… - простонала Касси. Она не успела приказать цветку - тот совершил изменение самостоятельно. - Господи, зачем я в это ввязалась, раздавят ведь, вместе с цветами расплющат!

Атис чувствовал, что долго в таком состоянии цветок находиться не сможет, лепестки через несколько минут разомкнутся. Откуда появилась эта уверенность, он сказать не мог, но сейчас следовало поторопиться, и он направил свой цветок в тоннель, прямо в гущу несущихся черных тел.

Цветок влился в бесконечную черную реку. Тряхнуло, затем полет на какие-то мгновения выровнялся, затем тряхнуло опять, и опять…

Лялямбы были повсюду, и Атиса передернуло от омерзения и гадливости.