Поэтому Касси сказала совсем не то, что собиралась.

- …и, может быть, у вас найдется что-нибудь поесть? - проговорила она, и, внезапно смутившись неуместности фразы, отвела глаза.

- Мы можем дать вам еду, но это плохо скажется на цветах, - ответил лама. - Сейчас для них каждый лишний грамм - непосильная нагрузка. Поэтому вам будет лучше долететь так, как есть.

Атис кивнул. Ведь верно. Ни он, ни Касси про это не подумали.

А есть, между прочим, хочется.

- Ладно, - вздохнул он. - Мы всё поняли. Спать тоже не надо?

- Почему же? - удивился лама. - У вас есть полтора часа. Мы разбудим вас, когда начнем разворот.

- Тогда, извините, я…

Сил у Касси хватило лишь на то, чтобы опуститься на пол и подложить руку под голову. Почти сразу же она провалилась в черный сон.

* * *

Монастырь уходил, таял в небе. Только сейчас Атис и Касси сумели разглядеть его, а разглядев - изумились. Это был в самом деле огромный, не меньше двух километров в диаметре, летающий остров, сплошь заставленный строениями самых причудливых очертаний. Создавалось впечатление, что ламы создавали свой мини-город, ориентируясь только на сиюминутные желания, и не согласуясь ни с какими долгосрочными планами. Пестрое разноцветие медленно, плавно двигалось по небу, монотонное пение удалялось, таяло, и вскоре монастырь канул в простор, растворившись в нем, как сахар в чашке с чаем.

- Вот это да, - зачарованно протянул Атис. - Его ж, по слухам, вообще никто вблизи не видел, а уж внутри побывать точно никому не доводилось.

- Здорово, - согласилась Касси.

Она душераздирающе зевнула. Выспаться и отдохнуть толком не удалось, но полтора часа отдыха лучше, чем ничего. Голова по-прежнему была тяжелой.

- Знаешь, - попросила Касси, - давай не будем снижаться. Давай лететь над облаками, и повыше. Понимаешь, на землю мы еще насмотримся, а я… - произнести это вслух оказалось трудно, - я хочу попрощаться с небом. Запомнить. Горизонт, закат и рассвет.

- Давай, - согласился Атис. - А то, чуем мое сердце, мы теперь очень долго этого не увидим.

Заоблачный мир был многоцветным, и белым, и черным с золотым. Закат полыхал на полнеба. Внизу вставали расцвеченные им туманные башни, над головой, в недоступной высоте, мягко светились расслоенные пряди облаков. На западе небо было еще розовым, туда опускалась срезанная горбушка солнца, а на востоке землю скрывала ночная темнота. В небе загорались звезды.

Как же огромен был купол неба!… Туда, на эти колкие звезды, ушли двое странных, необычных, говоривших без слов. Где-то наверху был могучий и чудовищный конклав, что сыграл с Землей злую шутку - и все-таки проиграл двоим Летателям, которые сейчас из последних сил тянули Цветы на север.

И холодно. Какой же холод на самом деле царит в поднебесном мире!

- На рассвете будем в Песках, - проговорила Касси.

- Будем, - эхом повторил Атис. - Очень хочется в это верить.

* * *

Рассвет они успели застать в небе. Но Цветы уже еле-еле держались в воздухе, они почти падали, шли с постоянным снижением.

Решение Касси подняться повыше сейчас просто спасало, иначе они уже давно оказались бы на земле. Когда солнце окрасило небо на востоке в бледное золото, и вокруг стало светлеть - цветы были уже на уровне облаков, и, как ни старались Атис и Касси их удержать - те продолжали терять высоту.

До Песков оставалось несколько километров.

Цветы умирали.

Полет их стал неровным, дерганным, словно цветам было больно от того, что с ними происходило, и Летатели уже ничего не могли с этим поделать. Они неудержимо опускались вниз, зарываясь в облака, как в рыхлую ледяную вату, Атис и Касси старались как-то удержать полет, замедлить падение - но тщетно.