Развязав мешок, Нед высыпал его содержимое на землю и быстро пересчитал деньги.

— Примерно полторы тысячи долларов, — сказал он.

Потом он снова пересчитал деньги, разделил их на две пачки и одну из них положил Эмме на колени.

— Половина мне — половина тебе, — сказал он.

Поскольку Эмма по-прежнему продолжала смотреть на него с отсутствующим видом, он поднялся на ноги и спрятал пачку в ее седельную сумку.

— Нам пора убираться отсюда, — сказал Нед по прошествии нескольких минут. — Ты в состоянии ехать верхом?

Эмма кивнула.

— Если будем гнать всю дорогу, то к вечеру доберемся до дома. Но такой необходимости нет. По пути мы можем сделать еще одну остановку, разжечь костер и отдохнуть.

— Не стоит, — ответила Эмма. — Нам нужно как можно скорее вернуться в Налгитас.

Пока Нед седлал лошадей, Эмма достала чистую блузку, сняла с себя порванную рубашку и, обнаружив в ямке под скалой немного дождевой воды, смыла с себя засохшую кровь, вымыла лицо и руки, после чего надела блузку. Когда она вернулась к Неду, лошади были уже оседланы, а скатки из одеял приторочены к седлам. Кроме того, Нед прибрал место ночевки, разбросал костер и засыпал пепелище. Теперь никому бы и в голову не пришло, что здесь останавливались на ночлег люди.

Эмма позволила Неду помочь ей забраться в седло. Когда она уселась, он с минуту стоял рядом с ней, держа руку у нее на колене.

— Предлагаю о том, что здесь произошло, никому не рассказывать, — сказал он. — Если Эдди спросит, как все прошло — а она обязательно об этом спросит, — можно сказать, что Майндеры обчистили банк раньше нас, и мы остались с носом.

— А как ты объяснишь наличие денег?

— О деньгах мы тоже ничего не скажем. И Эдди никогда ни о чем не узнает, поскольку мы будем молчать, а братья Майндеры лежат в могиле.

Эмма обдумала его слова.

— Это ужасно. Я бы согласилась безропотно терпеть все их насмешки и издевательства, если бы это только могло их воскресить.

— Не говори так. Эрли и Черный Джесси были настоящими бешеными псами. Могила для них — и то слишком хорошо. К тому же у нас не было выбора. Помни об этом. У нас не было выбора. — Нед поднял глаза и долго на нее смотрел. Она ответила ему таким же долгим взглядом.

— У нас не было выбора, — повторила наконец Эмма.

Нед пошел к своей лошади, но на полпути остановился, вернулся к Эмме и взял ее за руку.

— Мне не очень-то по сердцу такая жизнь. Когда я куплю ранчо… Скажи честно: ты согласилась бы жить на ранчо в Колорадо? — Признаться, Нед вовсе не собирался ей все это говорить, но теперь, когда слова были произнесены, почувствовал, что безмерно этому рад. Он улыбнулся, и его зеленые глаза весело заблестели. — После того, как ты получишь денежный перевод от брата, мы могли бы объединить наши средства и тогда… Надеюсь, ты понимаешь, чего я добиваюсь?

Эмма от удивления приложила ко рту ладошку. Хотя нижняя губа у нее была рассечена, глаза покраснели от слез, а на щеке красовался кровоподтек от удара, который ей нанес Эрли, Неду она показалась красавицей. Он был счастлив, что сделал ей предложение.

— Даже не знаю, что тебе и сказать, — ответила Эмма после минутного размышления. — Мне трудно сейчас говорить о таких вещах.

Нед подумал, что ему удалось-таки удивить Эмму. Да что Эмму! Он, можно сказать, сам себя удивил. Не мог подождать со своими признаниями, пока они не покинут это место и могила Майндеров не останется позади. Неправильно он выбрал время, вот что! Впрочем, это его ничуть не обескуражило. Он вскочил в седло, подъехал к Эмме и, наклонившись к ней, запечатлел у нее на губах поцелуй.