Старшие братья Сигхват и Торд

    Брату сказали прямо:

    «Чуток подрасти и с нами на борт -

    Страх наводить в океане!»

    Но так получилось, что Снорри-сынок

    Великим вырос поэтом:

    Под парусом рифмы море из строк

    Он плёл куплет за куплетом.

    Хокон Четвёртый, норвежский король

    В Снорри не чаял души:

    «Придворный поэт - завидная роль,

    Ты, главное, мальчик, пиши!»

    «Здравствуйте, милые Сигхват и Торд, -

    Черкает письмо удалец, -

    Как поживает наш старенький фьорд?

    Здоровы ли мать и отец?

    Чуток о себе. Подарили ладью,

    Купальню из дикого камня,

    Красивая девушка носит бадью,

    И волю даю рукам я!»

    Во все времена будет счастлив лишь тот,

    Кто в деле не чает души,

    А кто по «братковским» законам живёт,

    Чужие считает гроши!

    (Из скандинавской школьной программы)

    Примерно через час венецианец вернулся с окровавленным офицерским шлемом и двуручным мечом. Никто, даже зулус, не заметил, откуда конкретно он вынырнул.

    -  Я нашёл воду. Но около источника следы борьбы. Шлем принадлежит руководителю второго отряда, меч - Гесселю из первого отряда. Забирай. - Страшные находки упали к ногам Пламена.

    Раб-лемуриец, в прошлом капитан кавалерии, провёл дрожащей ладонью по бледному лицу, смахивая паутину страха.

    -  Ты! Ты ведёшь нас на верную смерть, командир! - Рука опустилась, и все увидели его суетливо бегающие глазёнки. - Остров нас сожрёт. Пережуёт и выплюнет, как того парня, которого мы закопали. Уж поверьте, братья-мертвецы!

    Стилет действовал быстро, как и в случае с рептилией, он просто срубил паникёру голову. Хлынула кровь, и укороченное тело рухнуло в траву, а вытаращенные глаза ещё чему-то удивлялась…

    -  Кто ещё хочет умереть, как поджавший хвост пёс?

    Голова лемурийца, лепеча запоздалые извинения, укатилась в траву. Все почему-то посмотрели туда, потом понимающе - на командира, и никто больше не пикнул. Пламен, так тот даже презрительно зевнул, трусость была не в чести у северян…

    -  За мной! - коротко приказал Стилет и повел их сквозь джунгли по тропе, отмеченной засохшей кровью, - Там есть вода.

    -  Я слышал, - раб-грек подкрался к слепому на один глаз рабу-индусу, - наш уважаемый предводитель родился в крепости, построенной на скале Аламут, что в Северном Иране.

    Индус безмятежно улыбался, потому как ничего не понимал.

    -  Я также слышал, - тихо продолжал информированный потомок эллинов, - что его воспитал отец всех ассасинов бессмертный Саббах! Синьор Стилет прошёл школу низаритов, а потом переметнулся на сторону Римской католической церкви. Теперь он настоящий бог разведки, единственный в своём роде профессиональный убийца, отличный тактик и бесценный наёмник. Оплатить его услуги могут только знатные богачи, господин дель Сико, например, или сам дож Белсамондо…

    У подножия холма джунгли расступились перед каменным царством. Прямоугольные базальтовые блоки вырастали в каменные колонны, опоясывая куполообразную возвышенность костлявой хваткой древности.