— Признаться, я до конца в это не верил. Думал, что он морочит голову. Даже когда узнал про провозглашение концепции Большого ислама.

— Как оказалось он был честен с самого начала. Удивительная подлость! Говорить правду открыто. Как он посмел?! — с трудом сдерживая улыбку, произнес министр иностранных дел Франции.

— Да уж, — усмехнулся король. — Такого себе никто не позволяет. И что же, все эти страны, что желали заключить с русскими династический брак, эту выходку стерпели? Он ведь получается их просто… как это назвать?

— Мошенничество, сир. Он хитростью вынудил их заплатить.

— Да. Верно. Мошенничество. И ничто иное. И какую сумму с них выбил! Ай да Алекс! Ай да кобелиный сын! И как они это проглотили? Мы сможем этим использовать?

— Вряд ли, — покачал головой Кольбер. — Принц предложил всем, кто нуждался в союзе с Россией, этот союз. Пусть и не династический, а оборонительный, но союз. С простым, но очень любопытным уставом. Например, в случае нападения третьей стороны на любого участника союза, все остальные обязаны сразу как узнают об этом, объявить агрессору войну. Обязуясь вступить в боевые действия не позднее чем через шесть месяцев. Хотя бы ограниченно, если войска придется отправлять на другой континент. И драться, не взирая даже на капитуляцию того, на кого напали. Дабы никто не мог воспользоваться внезапностью и рывком овладеть чьими-то землями.

— И как же тогда заканчивать такую войну?

— Только единогласным решением Верховного совета союза. Собственно эта коалиция так и названа — Советский союз, по названию его высшего органа, состоящего из правителей всех стран-участниц. — произнес Кольбер со спокойным и невозмутимым видом. Он то не знал, что царевич просто пошутил. Настолько тонко, что хихикал в гордом одиночестве. Впрочем, назад уже не отыграть. — Войти в этот союз новые страны могут только при единогласном желании всех участников, выйти, кстати, тоже.

— Это… странно… — покачал головой Людовик.

— Таким образом по мнению принца, как мне сообщили, решили обойти сиюминутную конъюнктуру. Во время войны за Испанское наследство русские уже собирали довольно большой альянс, который рассыпался из-за успехов Карла XII. Их вынудили отказаться от него. Поэтому принц и предложил такую формулу. При которой правительства не вправе сепаратно выходить из такой войны, а остальные обязаны, в случае необходимости, освобождать союзников.

— Вряд ли это в интересах Голландии. Воевать за чужие интересы…

— О! Это очень даже в их интересах. Ведь теперь, даже если мы займем их территорию…

— Мерзавцы… как им не стыдно? — покачал головой Людовик XIV с едва заметной усмешкой.

— Стыдно, сир. Как мне говорили, очень стыдно. Но им надоело, что их держава — проходной двор. Это мешает торговле.

— И кто у них там правит в этом совете? Россия полагаю.

— Фактически — да. Но формально представитель каждой страны имеет равный голос. Председательство же на год выдается каждой державе по очереди.

— И кто в этот Советский союз?

— Россия, Мекленбург, Дания, Альба и Эри, Голландия ну и Португалия. На текущий момент. Идут переговоры со Швецией, Персией, Аюттаей и Абиссинией.

— Аюттая?! Абиссиния?! Это где?! Это кто вообще такие?

— Аюттая — это держава на полпути из Индии в Китай. А Абиссиния лежит южнее земель мамлюков в Восточной Африке.

— А их он зачем тащит в союз? — вытаращился король.

— Не только их. Ходят слухи, что еще османов и державу маратхов, что в центральной Индии. Но это просто слухи, хотя я не удивлюсь.

— Ты не ответил. Зачем?

— Для защиты этих земель, например, от нас, ну и собственной экономической экспансии.