Царевич вышел на причал и начал нервно вышагивать, в ожидании городского головы «со товарищи». Задерживаться тут он не собирался. Но разобраться в вопросе хотел.

Искомые «персонажи» нашлись очень быстро. Четверти часа не прошло, как объявились.

— Что горит? — вместо приветствия поинтересовался Алексей.

— Склады.

— Какие?

— По прошлому году еще их стали тут ставить. Для строительства моста через Оку. Кирпич завозили, камень, дерево. — ответил городской голова.

— А черный дым чего?

— Так… — растерялся он.

— Что у вас там так чадит?

— Да кто его знает? — пожал он плечами.

— Ты! — с нажимом произнес Алексей. — Ты должен знать. Или ты не городской голова?

— Купцы там свои товары складывали, рядом. За ними и не уследишь.

— Что значит складывали?

— Навесы, которые мы поставили, следуя приказу, пустовали частью. Вот мы и пустили туда торговцев, за копеечку малую товары свои складывать. Не сарай, но все одно — дело доброе.

Царевич нервно прошелся по причалу.

Он понимал, что прямого запрета на такое не давал. Просто… как-то ему в голову не приходило. Ничего криминального вроде бы в произошедшем не было, но для него этот мост имел чрезвычайное значение. В отличие от купцов, которые могли и перебиться как-нибудь сами. А тут…

— Это поджог?

— Мы не знаем.

— А кто знает?! — рявкнул Алексей, но быстро взял себя в руки. — Что показало расследование?

— Так его еще не проводили. Вон как полыхает.

— Ты дурак? — с какой-то жалостью в голосе осведомился царевич. — Опросить свидетелей тоже пожар мешает?

— Да поджог это! Поджог! — выкрикнул кто-то из депутации, прибывшей с городским головой.

— Это еще не ясно! — в ответ вскинулся городской голова. — Доказательств нет!

— Так ты расследование проведи и будут, — не унимался этот человек. Явно пытавшийся топить данного чиновника, пользуясь моментом. — Али забыл про угрозы?

— Что за угрозы? — оживился царевич.

— Да, пустое. — попытался отмахнуться его визави, но видя, что от него ждут ответа, решил пояснить. Дескать, много кому из лучших людей города приходили письма с требованием саботировать это сатанинское дело. То есть, строительство дороги для паровоза и, в особенности, моста. Обещая в противном случае большие неприятности.

— Ой как интересно. И что — нет никого на подозрении?

— Нету.

— Нет, ты определенно мышей не ловишь. Тебя пытаются шантажировать, а ты даже не представляешь кто. Какая прелесть! Как ты вообще дожил до этих лет?

— Да…

— Где твой заместитель? — перебил его Алексей.

— Я! — произнес тот самый болтун, что про поджог сказал.

— Этого — под арест. — кивнул он на городского голову. — Принимаешь дела. Головой отвечаешь за расследование. Кто поджог, зачем, как. И так далее. Сроку тебе — полгода. Я по осени обратно пойду по воде — вот и доложишь. Справишься — утвержу на должности. А если нет, то, как ябедника и лгуна накажу. Сурово. Уяснил?

— Уяснил, — как-то растерялся этот болтун. А потом жалобным голосом добавил: — Так я же расследования вести не умею.

— Боже… — тихо буркнул Алексей. — Ладно. Можешь попробовать без них. Например, распространи по городу объявления о том, что заплатишь сто рублей за каждого причастного. И дашь полное прощение. Если не отзовутся, то просто увеличь награду. Как говорили в древности — ослик, груженый золотом, открывает любые ворота.