Александер поклялся себе в этом со всей наивностью, свойственной тринадцатилетнему подростку.

Спустя три дня они тронулись в путь. Александер в последний раз оглянулся на родную долину. Он очень гордился тем, что ему предстоит приложить руку к освобождению Шотландии, однако расставание с матерью оказалось для него очень болезненным. Фигурки Марион и Мэри казались такими маленькими на фоне грандиозного горного пейзажа… Стиснув зубы, он отвернулся. Скоро ли они увидятся вновь? Ощущая на себе взгляд брата, Александер закрыл глаза, которые щипало от слез.

Нет, он не станет плакать! Это удел детей. Отныне каждый шаг приближает его, Александера, к миру взрослых…

Глава 3. Проклятый край

Август 1746 года, Хайленд, Шотландия

Земля ходила ходуном, и на мгновение он уверовал, что сам Христос-Воитель спустился с небес со своим небесным воинством, чтобы его защитить… Привстав на локтях, он вынырнул из колышущегося моря колосьев. В нескольких футах от них, топча спелую пшеницу, ехал отряд драгун. Направлялись они к хижине, в которой беглецы рассчитывали укрыться и, если повезет, найти хоть какую-то пищу. Старик, лежавший с ним рядом, выругался и сплюнул на землю.

– Сколько их? – спросил Фергюссон.

Растянувшийся было на земле Александер снова поднял голову и посмотрел туда, где остановился отряд. У него от голода сводило живот, рана на плече не спешила заживать и сильно болела. Он прищурился на ярком солнце. Драгуны что-то обсуждали. Один солдат вошел в хижину, откуда тянулась струйка серого дыма.

– Я насчитал шестерых.

– Проклятье! Нужно уходить! Придется поискать другое место.

Уже третьи сутки их мучил голод, однако, сколько ни бродили они по полям и лесам, ничего съестного найти не удалось. Состоящая из трав и кореньев еда, которой им приходилось довольствоваться, разумеется, куда лучше подошла бы копытным. Хотя, надо признать, в настоящее время они больше походили на животных, чем на людей. Все мучились жестоким расстройством желудка, и это увеличивало общую слабость. На прошлой неделе силы окончательно оставили юного Кита Росса, и он испустил дух. Все знали, что смерть подстерегает каждого из них. Дома́, которые попадались им по дороге, были пусты, либо от них остался лишь пепел. И повсюду их преследовал этот неистребимый запах гари – вестник уготованного Хайленду жестокого конца.

Из маленькой каменной лачуги послышались крики. Прижимая к себе младенца, на улицу выскочила женщина. Пара драгун бросилась за ней вдогонку. От первого удара мечом она сумела увернуться. Еще двое солдат вскочили на коней и присоединились к погоне. Один из них вырвал ребенка у несчастной из рук. Отчаянные вопли матери эхом отдавались в голове у Александера, который с ужасом наблюдал за происходящим.

Драгун поднял худенького младенца над головой, и в следующую секунду второй всадник проткнул его мечом. Женщина зашлась криком, и тогда первый солдат набросился на нее. Жуткая тишина повисла над пшеничным полем. Старик, который, как и Александер, наблюдал эту сцену от начала и до конца, стал шепотом читать молитву о невинно убиенных.

Густой черный дым поднялся над хижиной, и треск пламени перекрыл голоса солдат в красных мундирах, которые, пересмеиваясь, готовились к отъезду. Александер забыл о голоде. С тех пор как он пустился в бега, ему не раз доводилось видеть подобное. Однако привыкнуть к этому было невозможно. Солдаты Мясника[16], герцога Камберлендского, третьего отпрыска короля Георга II, не щадили никого.