– Ну, ладно, сладкий, убедил, – рассмеялась девушка. – Я очень довольна собой. Сумела понять по косвенным признакам, кем ты являешься. Когда прочитала несколько статей про твой безумный и невероятно смелый поступок (я не смеюсь, а действительно восхищаюсь тобой), то сразу заподозрила неладное. От конструкта «капля» живым мало кто уходил. А от двух ударов и вовсе свидетелей не оставалось. И тут какой то подросток играючи развалил магоформу. Согласись, есть повод задуматься. И напоследок, неудачная блокировка и твоя пассивность вместо того, чтобы с помощью магии убежать от нас, окончательно убедили меня: ты антимаг.

– А пан Богумил разве не догадывается?

– У него дьявольский нюх на конъюнктуру, – Зося, к облегчению, отлипла от меня и встала лицом к лицу. Ее горячие тонкие пальцы приподняли мой подбородок, а почерневшие зрачки словно заискрились, разглядывая меня с интересом увлеченного чем то ученого. – Но до сути простых вещей он доходит очень долго. У патрона иная цель. Ты же слышал, какие перспективы ожидают тебя, если примешь условия лорда Гамильтона?

– Кто он такой то?

– Ты очень любознателен, малыш, – наемница улыбнулась и вернулась на диван, только села как прилежная гимназистка, сложив руки на коленях. Даже пистолет не взяла. Неужели думает, что я клюну на ее сладкие речи и соглашусь? – Так что ответишь на мое предложение?

– Почему я должен вам верить? – от сидения на жестком табурете уже болела пятая точка и затекла спина. Нельзя давать категорический отказ, но и идти на сделку тоже неразумно. Подозреваю, весь этот спектакль задуман от начала до конца паном Богумилом. Еще когда Зося соблазняла меня своими формами, показалось, что за окном, завешанном тонкой ситцевой шторой, мелькнула тень. Может, пан Богумил и вовсе не спал, а прислушивался к нашему разговору. Средств для этого есть великое множество: от магических амулетов для прослушки до обыкновенных «жучков». С другой стороны – я же мог их выжечь, радиус действия антимагии позволял. Выходит, девушка просчитала этот момент?

– Потому что иного шанса выжить у тебя не будет, – голос Зоси стал жестким, она на глазах превратилась в настоящую наемницу, привыкшую выполнять самые серьезные приказы вплоть до убийства неугодных. – У нас очень тяжелая ситуация, скрывать не буду. Предстоит прорваться через усиленные блокпосты. Есть только два варианта…

Она подняла сжатую в кулак руку и отогнула один палец вверх:

– Ты замолвишь за меня и Адама словечко, когда мы сдадим группу русским спецам.

Тут же показала второй палец:

– Если нас раскусят на каком нибудь посту, ты умрешь вместе со своим телохранителем… впрочем, как и мы. Живой я мозгоправам не дамся.

– Первый вариант предпочтительнее, – призадумался я. – Можно обсудить его с Сидором?

Зося снова подошла ко мне и перочинным ножиком перерезала шнур. Потом приказала лезть вниз.

– У тебя время до ужина, – предупредила она, когда моя голова уже была на уровне пола. – Надумаешь помочь, просто скажи «спасибо», когда попробуешь мою стряпню.

Когда я пересказал Сидору содержание разговора с Зосей, тот впал в глубокую задумчивость чуть ли не на полчаса. Но и потом его голос выражал неуверенность.

– Мне кажется, тебя просто прощупывали. Эта девчонка не столь глупа, чтобы идти против своего шефа. А дядька серьезный, свою команду держит в ежовых рукавицах.

– Они же понимают, что не смогут вырваться из Москвы, – возразил я. – Значит, есть шанс.

– И как ты представляешь его? – иронично спросил Сидор, снова заваливаясь на топчан.