Французы, бароны и горожане, единодушно объявили, что «скорее готовы отказаться от своих имений и от самих себя, страдать и испытывать муки даже после смерти, чем терпеть папские притязания, даже в том случае, если бы король пожелал выносить их».

Собор все-таки состоялся. Бонифаций вознамерился отлучить Филиппа от Церкви и низложить его. Но Генеральные штаты и Парижский университет решительно приняли сторону короля.

Полемика приобретала все более резкую форму. Дело не ограничилось словами. Король решил низвести папу со Святого Престола.

Филипп избрал суровых исполнителей своего смелого решения: легиста Гильома Ногаре и одного из представителей жестоко пострадавшей от Бонифация фамилии Колонна.

Соратник короля Ногаре отправился в Италию и, поселившись во Флоренции, принялся плести заговор против папы.

Ногаре — фигура загадочная. Его происхождение и юные годы покрыты мраком неизвестности, что заставило некоторых историков заподозрить, будто ему было что скрывать — возможно, свои катарские корни. Отдельные летописцы даже указывают, что его родители и семь ближайших родственников были сожжены на костре как еретики. Однако эти сведения — всего лишь пересказ легенды, и преданность Ногаре Филиппу IV сомнению не подлежит. Более того, он с энтузиазмом поддерживал имидж своего патрона как «самого стойкого католика среди королей, страстного защитника веры и святой Матери-Церкви». Пламенный поклонник римского права, он был убежденным защитником светского абсолютизма.

Колонна, человек отчаянный и бесшабашный, ненавидел Бонифация как виновника унижения и разорения своей семьи. Рассказывали, что из-за происков Каэтани он был продан пиратами в рабство и три года провел гребцом на галерах, пока французы не заплатили за него выкуп. Теперь настал час его мести.

Заговорщики последовали за папой в его родной город Ананьи, куда он приехал из Рима, и овладели дворцом. Папа, узнав, в чем дело, надел папские облачения и тиару, взял в руки крест и ключи и воссел на папский трон. Он рассчитывал на святость сана и места. Но Шьяра-Колонна первый ворвался в папские покои и приступил к папе с угрозами и оскорблениями. Одновременно Ногаре требовал сложения папского сана. Бонифаций ответил, что предпочтет смерть отречению. Согласно легенде, устав убеждать, Шьяра-Колонна ударил понтифика по лицу латной рукавицей.

Относительно того, была ли нанесена пресловутая пощечина, мнения расходятся; возможно, воображение современников питала общеизвестная вражда Колонны и Франции к папе. Но нет оснований сомневаться, что Колонна действительно стащил папу с трона и пронзил бы его шпагой, если бы его вовремя не удержали от постыдного насилия над беззащитным.

Жители Ананьи отбили Бонифация, но они же стали свидетелями его невиданного унижения.

Последние дни понтифика были ужасны. Возвратившись в Рим, охваченный анархией, умело организованной эмиссарами французского короля, Бонифаций прожил недолго. По преданию, гордый папа не пережил оскорбления. Запершись в своих покоях, он отказывался от пищи, стонал, в исступлении бился головой об стену. Неудовлетворенная жажда мести за неслыханное оскорбление и бессильная злоба душили еще недавно могущественного деспота. Он хотел бы уничтожить Филиппа, как некогда были уничтожены последние представители дома Гогенштауфенов, но не только не имел средств для этого, но даже не был уверен в своей безопасности, потому что его держали пленником в собственном дворце.