|
Значит, Виктория ничего не придумала. Она не вынесет, если в воздухе будет витать напряжение после этих чудесных трех дней. Она же могла примириться с возвращением ее двора, так почему же он не может сделать это… Виктория почувствовала, что начинает закипать. Ее поразило, как быстро у нее изменилось настроение. Только что она была потрясающе счастлива и нежилась в солнечных лучах своей новой замужней жизни, готовая все сделать для Альберта. И как только ей почудилось, что он не разделяет ее желаний, возмутилась в единую секунду!
– Лизен, я еду кататься! – Хорошо, мадам. Она повернулась, увидела, что баронесса внимательно смотрит на нее, и ей вдруг захотелось доставить мужу неприятность. Она резко добавила: – Я хочу, чтобы ты тоже поехала со мной. К тому времени, когда она возвращалась с прогулки с Лизен, у нее вновь поменялось настроение. Баронесса была чудесной компаньонкой – милой, тактичной и разговорчивой. Она больше не упоминала имя принца. Когда Виктория немного пришла в себя, к ее удовольствию, от свежего воздуха и новых сплетен примешалась горчинка из-за того, что она из-за пустяков разозлилась на Альберта. Дорогой Альберт! Ничего, как только они вернутся в замок, она отыщет его и проведет с ним целый час. Она до того измучила себя угрызениями совести, что принц, спокойно читавший в библиотеке, был поражен бурным потоком ласк, который обрушила на него прибежавшая туда жена. Он отложил в сторону книгу. Виктория села к нему на колени и обняла за шею. Потом вздохнула с облегчением и быстро поцеловала его, точно попросила у него прощения за ссору, которая произошла только в ее воображении. Ей всегда было не по себе, даже если она тайно злилась на него. Теперь, когда они вот так, мирно, сидели в старой библиотеке, Виктории показалось невозможным, даже почти кощунственным, злиться на мужа и возмущаться им. И особенно, когда она вспоминала, как они были и еще будут близки. Как же все меняется, когда человек вступает в брак! Трения и размолвки, которые иногда портили им настроение, теперь бесследно растворялись в их новых отношениях. Ах, дорогой Альберт! Чтобы лишний раз доказать это самой себе, она специально завела разговор о Лизен. Направляясь в свои апартаменты переодеться к обеду, Виктория шагала стремительно и легко, и глаза блестели, как тогда, когда она нашла мужа в библиотеке. Я счастлива, убеждала она себя. В их отношениях с мужем отсутствовало всяческое напряжение. Альберт не замкнулся, не разозлился, когда она заговорила с ним о Лизен. Довольно, она не станет больше думать об этом. Не может он без причины кого-либо недолюбливать, если к тому же знает, как дорог ей этот человек. Нет, ей все показалось. В этот вечер за столом велись оживленные разговоры. Присутствовал лорд Мельбурн. Он, как всегда, сидел слева от королевы. Виктория очень обрадовалась ему, даже чуть не прослезилась. Премьер-министр был весьма оживлен и не позволял, чтобы за столом царила тишина. Нервный смех и яркий румянец королевы не обманул, и лорд М. понимал, что она расстроена. У Виктории начала болеть голова, когда леди и джентльмены собрались в Белой гостиной. Она была поражена, когда Мельбурн попросил разрешения оставить их общество. – Не сочтите меня невежливым, мадам, но мне бы хотелось побеседовать с его королевским высочеством. Могу ли я покинуть вас? – Конечно, лорд М.! Я была так эгоистична, что постоянно занимала ваше внимание. Она завела разговор с мистером Гревиллем. Этот человек ей не нравился, и беседа свелась к вопросам и ответам об ее утренней прогулке. Потом она увидела, как к ней направляются Мельбурн и Альберт. Они оба улыбались и оживленно разговаривали. Виктория отпустила резким кивком мистера Гревилля, избавляя его от мучительно натянутой беседы. – Мадам, мы с принцем прекрасно побеседовали, – сказал Мельбурн. |
