|
Представим себе, что во время битвы конь принца падает, сраженный пулей, как это случилось с моим бедным командиром, - разве не больше будет ему толку от доброго, выносливого и смелого коня, который поскачет куда следует, чем от такого, которому нести его будет не под силу? - Au fait {Разумеется (франц.).}, боевой конь его высочества должен быть силен, мой дорогой, - сказала старая дама. - Expende Hannibalem {Взвесь Ганнибала (лат.).}, - пробормотал Джордж, пожав плечами. - А наш Ганнибал весит немало. - Что-то я не услежу за твоей мыслью и за этими твоими Ганнибалами, - сказала баронесса. - Когда мистер Вулф и мистер Ламберт укоряли меня в точности так же, как вы сейчас, сударыня, - рассмеявшись, сказал Джордж, - я избрал тот же самый способ защиты, что теперь. Я сказал, что предложил его высочеству лучшего солдата в нашей семье, и оба джентльмена согласились, что промах мой в какой-то мере извинителен. Кто знает, быть может, им удастся оправдать меня в глазах его высочества? Опыт, полученный мной в сражениях, говорит о том, как мало у меня для этой деятельности таланта, На днях мы смотрели пьесу одного шотландца, о которой сейчас очень много говорят. И когда герой этой пьесы молодой Норвал оповестил о том, как страстно ему хочется последовать на поле битвы за каким-нибудь воинственным полководцем, я подумал про себя: "До чего же это похоже на моего Гарри, с той только разницей, что он никогда не хвастает". Гарри спит и видит себя в красном мундире и готов в любую минуту пойти рядовым на королевскую службу. Он не расстается с картой Германии и следит за всеми передвижениями прусского короля. Он не боится ни бога, ни черта. А я больше всего на свете люблю мои книги и покой и предпочитаю знакомиться с битвами по Гомеру или Лукану. - Тогда как же ты вообще мог стать солдатом, мой дорогой? Почему сам пошел сражаться под знаменами мистера Врэддока, а не послал вместо себя Гарри? - спросила баронесса. - Наша матушка больше любит своего младшего сына, - угрюмо отвечал Джордж. - К тому же, когда неприятель вторгся на нашу землю, это был мой долг, как старшего в семье, принять участие в походе. Будь я шотландцем, я бы двенадцать лет назад... - Замолчите, сэр, или я вовсе рассержусь на вас! - воскликнула тетушка и улыбнулась с нескрываемым удовольствием. Объяснения Джорджа могли умилостивить госпожу де Бернштейн, ибо эта старая дама, нужно признаться, не отличалась слишком строгими принципами, но верноподданным сердцам сэра Уорингтона и его супруги поступок молодого человека нанес поистине сокрушительный удар! - Читая письма госпожи Эсмонд-Уорингтон, - сказала миледи, - я пришла к заключению, что вдова моего брата - женщина положительная и здравомыслящая и, следовательно, должна была дать своим сыновьям подобающее воспитание. |
