|
Следовательно, вы должны дать удовлетворение мистеру Джорджу Уорингтону. Мистер Гарри, как подобает мужественному юноше, поддержит брата. Это уже двое. Примирение между Грейсом и полковником невозможно. И вот теперь... пусть меня проткнут насквозь! Вы в моем присутствии назвали офицера моего полка - полка Холкетта, сэр! - боровом! Боже великий, сэр! Мистер Вашингтон, вы в Виргинии все такие? Прошу извинения, я воздержусь от оскорбительных намеков, как - черт побери! - сам их ни от кого не потерплю! Но, клянусь дьяволом, полковник, позвольте сказать вам, что такого любителя ссор, как вы, я в жизни не видывал. Назвать обессилевшего офицера моего полка... ведь он же обессилел... верно, Грейс? - назвать его боровом в моем присутствии! Вы берете свои слова назад, сэр... берете? - Это что, какой-то дьявольский заговор против меня и вы все в нем участвуете? - крикнул полковник. - Словно пьян я, а не вы, хоть вы все пьяны. Я ничего не беру назад. Я ни в чем не извиняюсь. Черт побери! Я готов драться, будь вас хоть дюжина - молодых и старых, пьяных и трезвых. - Я не желаю выслушивать новых оскорблений, - воскликнул мистер Джордж Уорингтон. - Мы можем обо всем условиться, сэр, и без дальнейших поношений с вашей стороны. Когда вам угодно будет встретиться со мной? - Чем скорее, тем лучше, сэр, - вскричал полковник вне себя от ярости. - Чем скорее, тем лучше, - громко икнув, заявил капитан Грейс и, разразившись проклятиями, которые незачем здесь воспроизводить (в те дни проклятия были необходимым украшением речи любого джентльмена), он с трудом встал со стула, шатаясь, побрел к своей шпаге, которую оставил у дверей, взял ее и тут же упал навзничь. - Чем скорее, тем лучше! - провозгласил с пола злополучный пьяница и, взмахнув своим оружием, нахлобучил шляпу себе на глаза. - Этот джентльмен, во всяком случае, может подождать до утра, - сказал полковник милиции, оборачиваясь ко второму королевскому офицеру. - Едва ли вы будете настаивать, чтобы ваш друг дрался сегодня, капитан Уоринг? - Признаюсь, его рука, как и моя, сейчас не особенно тверда, - сказал капитан Уоринг. - Зато моя тверда, - крикнул мистер Уорингтон, свирепо глядя на своего врага. Его былой друг был полон такой же злобы и нетерпения. - Хорошо! Какое оружие вы выбираете, сэр? - сурово спросил Вашингтон. - Только не шпагу, полковник. Фехтуем мы лучше, чем вы. Это вам известно по нашим учебным поединкам. Лучше пусть будут пистолеты. - Как вам угодно, Джордж Уорингтон... И да простит вас бог, Джордж, бог тебя прости, Гарри, за то, что вы втянули меня в эту ссору, - сказал полковник мрачно и с глубокой печалью. Гарри понурил голову, но Джордж ответил с полной невозмутимостью: - Я, сэр? Но ведь не я сыпал оскорблениями, не я говорил о порке, не я оскорбил джентльмена в публичном месте и в присутствии офицеров его величества. |
