|
– Им не дано знать об этом! – Но я не Гавриил, тебе не следует так ко мне обращаться, – произнес он, весьма любезно и успокоительно. – Мой юный друг, я слишком далек от того, чтобы называться архангелом Гав-риилом. Я – Сетий, и я всего лишь ангел-хранитель. – Он был терпелив со мной и на удивление заботливо относился к моим рыданиям и к этой толпе незрячих и растревоженных смертных, окружившей нас. Он стоял так близко от меня, что я мог бы прикоснуться к нему, но не осмеливался. – Мой ангел-хранитель? И это правда? – Нет, – сказал ангел. – Я не твой ангел-хранитель. Таковых для себя ты должен найти сам. Ты видишь перед собой ангелов-хранителей другого человека, хотя мне неведомо, почему и как это случилось. – А теперь прекрати молиться, – с раздражением сказал старик. – Расскажи, кто ты таков, мальчик. Ты уже произнес какое-то имя раньше, имя твоего отца, повтори его нам. Второй ангел, стоявший неподвижно, как если бы слишком потрясенный, чтобы сдвинуть-ся с места, внезапно нарушил свою обычную сдержанность и тоже подошел ко мне, босой и спо-койный, как будто огрубевшие камни, лужи и грязь никак не могли испачкать его или причинить иной вред. – Пойдет ли это на пользу, Сетий? – спросил он. Но его устремленные на меня светлые, переливчатые глаза выражали такое же заботливое внимание, такую же легкую укоризну и все-прощение. – А ты, ты ведь изображен на другом полотне. Я узнал и тебя, я люблю тебя всем серд-цем, – сказал ему я. – Сынок, с кем это ты разговариваешь? – потребовал ответа младший из моих попутчи-ков. – И кого это ты любишь всем сердцем? – Ах, так, значит, ты слышишь меня? – Я обернулся к нему. – Ты понимаешь меня? – Да, а теперь назови свое имя. – Витторио ди Раниари, – сказал я, – друг и союзник Медичи, сын Лоренцо ди Раниари из замка Раниари на севере Тосканы. Мой отец умер, как и все другие родичи. Но… Оба ангела стояли прямо передо мной, рядом. Склонив головы друг к другу, они смотрели на меня, и казалось, что простые смертные, не могли встать между ними и мной. Если бы только у меня хватило смелости! Мне так хотелось к ним прикоснуться! Крылья того, кто первым заговорил со мной, были подняты, и нежная, мерцающая золотая пыльца осыпалась с пробудившихся перьев, трепещущих, сверкающих… Но ничто не могло сравниться с задумчивым голосом и удивительным лицом самого ангела – Позволь им довести тебя до Сан-Марко, – предложил тот из ангелов, который назвался Сетием, – пусть монахи примут тебя под свой кров. Эти люди настроены благожелательно, тебя поместят в келью, о тебе позаботятся. Лучшее место невозможно и представить – ведь этому до-му покровительствует Козимо, а ту келью, в которую тебя поселят, расписывал сам Фра Джо-ванни. – Сетий, он знает все это, – заметил второй ангел. – Конечно, но я подбадриваю его, – сказал первый, с самым простодушным видом пожимая плечами и недоумевающим взглядом окидывая своего сотоварища. Ничто не отличало их лики от лиц простых смертных в большей степени, чем выражение глубочайшего удивления. – Но ты, – сказал я, – Сетий, если можно называть тебя по имени, ты хочешь допустить, чтобы они забрали меня от вас? Ты не можешь так поступить. Пожалуйста, не покидайте меня. Умоляю вас. Не оставляйте меня одного. – Мы должны покинуть тебя, – сказал второй ангел. – Мы не твои ангелы-хранители. По-чему бы тебе не поговорить со своими собственными ангелами? – Подожди-ка, я знаю твое имя. Я слышу его. – Нет, – сказал этот более сурово порицающий меня ангел, погрозив пальцем, словно нашалившему ребенку. Но меня уже было не остановить. – Я знаю твое имя. |
