Я уже начинал понимать, куда он клонит.

— И откуда тебе столько известно о каком-то затрапезном роде Синицыных, что обитают на окраине самого захолустного уезда княжества? — проворчал я.

— Я прочитал сводку Ордена по этому роду прямо перед тем, как мы познакомились, — улыбнулся он. — Прежде, чем начать действовать, я всегда стараюсь собрать как можно больше информации о тех, с кем буду иметь дела. Так вот, я к чему — время сейчас смутное. То, что случилось под Холмами, далеко не конец, наоборот, это лишь начало. Основное внимание властей приковано к иным местам, и сюда вряд ли пошлют серьёзные подкрепления, дабы взять ситуацию под контроль. Даже Церковь не сможет сильно помочь — из всех… Понимаешь, о чём я, друг мой?

— Каждый боевой маг на счету, — процедил я. — Пришибу пару Подмастерий Синицыных — и сильно ослаблю их оборону. И тогда, возможно, селам конец…

— Причём в первую очередь это касается Заречного, детей из которого мы с таким трудом спасли, — кивнул Марк. — По разговорам бойцов я понял, что у них там аж целое Страж-Древо имеется, и Гордей его хранитель.

— Га**о он, а не хранитель, — сплюнул я. — Будь он нормальным хранителем, сдох бы, сражаясь в ту ночь, когда нежить у него на глазах людей забирала.

Я был сейчас предвзят, но Марк лишь мягко улыбнулся, не став спорить. Вместо этого он с кряхтением встал и начал примериваться, как бы так расстелить плащ, чтобы как можно больший участок тела был поближе к огню. Покачав головой, я велел ему ложиться нормально.

— Я наколдую пару Грелок, — со вздохом сказал я. — Будешь спать, как на печке.

— Благодарю, — повеселел он. — И напоследок — несмотря на то, что в этот раз им всё сойдёт с рук, у брата Феофана останется отчёт, в котором будут наши показания, заверенные Амулетом Истины и всеми необходимыми печатями. А уж он, поверь, годами будет пить из них кровь, заставляя проклинать тот день, когда они поддались жадности…

Глава 16

Дорога заняла четыре дня. Я спешил, насколько это позволяло состояние отца Марка, и, к счастью, погода была относительно благоприятной — метели обходили нас стороной, а мороз был терпимым.

За это время мы успели неплохо сработаться. Отец Марк оказался неплохим собеседником, когда силы позволяли ему говорить. Он рассказывал о Церкви, о структуре Орденов, о том, как устроен мир за пределами этого захолустного уезда. Я же делился историями об охоте, о встречах с разной нечистью и монстрами. О Тёмной эре и своём прошлом мы говорили мало — это была тема для более спокойных времён и безопасных мест.

К третьему дню мракоборец уже мог передвигаться самостоятельно, хоть и медленно, опираясь на посох. Рана всё ещё ныла, и яд до конца не вывелся, но критический период миновал. Моё собственное состояние тоже значительно улучшилось — резерв восстановился процентов на девяносто, а тело почти полностью оправилось от перегрузок Второго Протокола.

На рассвете четвёртого дня мы увидели вдалеке знакомый силуэт Терехова на холме. Городские стены, частокол, башни с дежурными магами — всё выглядело так же, как неделю назад, когда я покидал город во главе отряда. Только теперь я возвращался вдвоём, без лошади, в изодранной одежде и с умирающим мракоборцем.

— Наконец-то, — выдохнул отец Марк, глядя на городские стены.