— А вы как думаете?

Оля помедлила и ответила без особой уверенности.

— Его… Затянуло в Прошлое?

— В одно из вероятных Прошлых, — поправил Кремин.

— Разве их несколько?

— Их много. Люди привыкли считать, что Прошлого уже нет, а Будущего еще нет, есть одно Настоящее. На самом же деле… Хорошо, я покажу.

Он достал из ящика стола что-то напоминающее колоду карт и положил перед Олей. Это и была колода карт, но не обычных игральных. На верхней карте была изображена с большим искусством сложная композиция, включающая многочисленных фантастических животных и птиц, причудливо переплетенные ветви растений, странные геометрические фигуры.

— Это так называемые карты Тонгра, — произнес Кремин, — они использовались для гаданий в одном из древних культов… Но для нас не культ сейчас интересен, это просто пример. Сдвиньте верхнюю карту.

Оля повиновалась.

— Посмотрите на вторую, — продолжал он. — Что вы видите?

— Она в точности такая же, как и первая.

— Разве? Смотрите внимательнее.

С полминуты Оля разглядывала обе карты, потом пробормотала.

— Ага… Вот здесь не две ветки, а три…

— Правильно, — кивнул владелец кинотеатра. — Теперь посмотрите на следующую.

На третьей карте к замеченному Олей изменению прибавилось еще одно — птица, сидевшая прежде со сложенными крыльями, теперь взлетала.

— И так далее, — сказал Кремин. — Думаю, вы уже догадались, что увидите на последней карте.

Оля вынула нижнюю карту. Изображение на ней было совершенно иным.

— Да, — подтвердил он, — лишь небольшие перемены от одной карты к другой, но в результате нарисованный мир полностью меняется…

— Вы хотите сказать…

— Да, с Временем то же самое. Варианты Прошлого, словно карты Тонгра — дальше и дальше, один отличается от другого лишь в какой-то мелочи, затем добавляется еще одна… А там, в глубинах…

— Но… Это ведь очевидно. Если двигаться в глубь времен… Сначала будет современность, потом дойдем и до средневековья, потом до античности… Ясно же, что все они отличаются.

— Нет, не то… Я говорил не об отличии одной эпохи от другой, а о множественности вариантов одной и той же эпохи. Например, нет одного девятнадцатого века, есть множество различных девятнадцатых веков…

— Но если это так, тогда…

— Подождите минуту. Сложите карты снова… Так. Теперь представьте себе, что у вас есть игла, которая может проткнуть несколько карт, но не всю колоду насквозь. Вы не можете сказать, какой именно карты она достигнет, правильно?

— До тех пор, пока не посмотрю.

— Но вы не можете посмотреть заранее. Когда колода развернута, вы видите все карты, но не можете проткнуть колоду иглой, потому что карты смещены относительно друг друга. Можно проткнуть только одну карту. Если колода, напротив, сложена, вы можете проткнуть несколько, но не можете видеть …

— А! — воскликнула Оля.

— Теперь вы понимаете, почему я не могу сказать вам, где Борис?

— Да, кажется, понимаю…

— Судя по тому, что вы рассказали мне об изменившихся деньгах, об олеографиях в квартире Бориса, о найденных в его шкафу вещах, мы имеем дело с завершением девятнадцатого или самое позднее, началом двадцатого столетия. Но с какой картой из множества? Магия — это и есть наша игла. Она способна проникать сквозь слои Времени, замыкая их через измерение Эрида.