– Но... – перебивает Персик Маленький.

– Что «но»?

– Но Поли дает работу мистеру Нийлу, мистер Нийл дает ее Джонни Бою, а Джонни Бой дает нам, – договаривает Персик Маленький. – Все, что мне нужно знать, – Джонни Бой дает нам работу, и мы ее делаем.

– Мы еще только сделаем эту хреновую работу, – поправляет Большой Персик. Он не нуждается в объяснениях. Еще Маленький будет рассказывать ему, как все крутится! Персик и сам знает , и ему нравится , как оно крутится в ветви Семьи Демонти, – на старый лад.

А к тому же Персик просто боготворит Джонни Боя.

Потому что Джонни Бой – это все, чем мафия была прежде.

И какой опять должна стать, думает Персик.

– Как только стемнеет, – говорит Персик, – завалимся наверх и выправим им билеты в один конец.

Кэллан в квартире перелистывает блокнот.

– Твой папаша тут есть, – роняет он.

– Большой сюрприз, – саркастически отзывается О'Боп. – И сколько?

– Две штуки.

– Интересно, на что это он ставил? – задумчиво спрашивает О'Боп. – О! Пиццу тащат! Эй! Какого хрена? Они воруют нашу пиццу!

О'Боп разозлился всерьез. Он особо не бушевал из‑за того, что эти парни прикатили убить его – этого следовало ожидать, это так, просто бизнес, – но похищение пиццы воспринял как личное оскорбление.

– Так нельзя! – вопит он. – Это не по‑честному!

Именно с этих слов, вспоминается Кэллану, все и началось.

Кэллан поднимает глаза от черного блокнота и видит, что жирный макаронник с широкой ухмылкой вытягивает в сторону их окна руку с куском пиццы.

– Эй! – вопит О'Боп.

– Эх и вкуснющая! – вопит в ответ Персик.

– Ну вот, стащили нашу пиццу, – жалуется О'Боп Кэллану.

– Да ладно, делов‑то!

– Но я жрать хочу! – хнычет О'Боп.

– Так спустись и отними, – советует Кэллан.

– Может, и спущусь.

– Обрез не забудь.

– Вот хреновина!

Кэллану слышно, как парни на улице хохочут над ними. Ему‑то все равно, это О'Боп не выносит, когда над ним потешаются. Сразу бросается в драку. А Кэллан, он что, он может просто взять да уйти.

– Стиви?

– А?

– Как, ты сказал, зовут того парня внизу?

– Которого?

– Ну, его прислали пришить нас, а он компот трескает.

– Джимми Персик.

– Он тоже в блокноте.

– Что?!

О'Боп отходит от окна.

– Сколько за ним?

– Сто тысяч.

Переглянувшись, они начинают хохотать.

– Кэллан, – обрывает смех О'Боп, – да у нас затевается совсем новая игра!

Потому что Персик Пиккони должен Мэтту Шихэну сто тысяч долларов. И это только основной долг – а проценты растут быстрее, чем разносится вонь при забастовке мусорщиков, – так что у Пиккони серьезные неприятности. Он по уши в долгах у Мэтта Шихэна. Это могло бы стать плохой новостью – тем больше у него причин оказать Шихэну серьезную услугу, – да вот только блокнот теперь у Кэллана и О'Бопа.

А это уже дает им некоторые преимущества.

Если они проживут достаточно долго, чтобы ими воспользоваться.

Потому что уже темнеет. И очень быстро.

– Есть идеи? – спрашивает О'Боп.

– Да, кое‑какие.