Что вполне терпимо, если прихватить с собой достаточный запасец хорошей травки.

Ребята в школе дразнят ее «шлюшка Нора», но ей плевать, да и им, по правде, тоже. Это не столько презрительная кличка, сколько констатация факта. Что еще можно сказать об однокласснице, которую после уроков увозят в разных «порше», «мерседесах» и лимузинах и ни одна из машин не принадлежит ее родителям?

Как‑то днем Нора, совсем обалдевшая от травки, заполняет какой‑то дурацкий опросник для наставника‑руководителя и в графе «Занятия после школы» пишет «минет». Прежде чем замазать ответ, она показывает бланк своей подружке Элизабет, и обе хохочут.

И давай, не сворачивай «лимо» к «Микки», где еду выносят прямо к машине. И никаких «королевских бургеров», «тако белл»  и музыкальных автоматов. У Норы, слава богу, такое лицо и фигурка, что она достойна «Лас Бризаса», «Гостиницы в Лагуне», «Эль Эдобе».

Желаешь Нору, так угости ее вкусной едой, хорошим вином и беспримесной дозой.

У Джерри Болвана кокаинчик водится всегда супер.

Он хочет, чтобы Нора поехала с ним в Кабо.

Еще б ему не хотеть. Сорокачетырехлетнему наркодилеру, у которого больше воспоминаний, чем возможностей, а у нее в шестнадцать тело как сама юная весна. Так почему бы ему и не захотеть провести с девушкой грязненький уикенд в Мексике?

Нора все принимает невозмутимо.

Ей шестнадцать, но она не сентиментальная размазня.

Она прекрасно понимает, что этот козел вовсе не влюблен  в нее. А уж она в него и подавно. Точнее точного. Вообще‑то она считает, что он болван болваном в этом своем черном шелковом пиджаке и в черной бейсболке, прикрывающей редеющие волосы. В выгоревших джинсах и «Найках» на босу ногу. Нет, конечно, Нора очень даже понимает его: козел в ужасе перед подступающей старостью.

Не бойся, козел, думает она. Чего уж тут трепыхаться.

Ты уже  старый.

У Джерри Болвана только два преимущества.

Но они классные.

Это деньги и кокаин.

Что, в сущности, одно и то же. Потому что Нора знает, если у вас водятся деньги, то будет и кокаин. А если у вас есть кокаин, то есть и деньги.

Она делает ему минет.

Что немножко затягивается из‑за кокаина, но она не возражает, все равно развлечений никаких. А растаивать «мороженое на палочке» у Джерри все‑таки лучше, чем болтать с ним. А не то еще хуже, его слушать. Не желает она слушать всякую нудятину о его бывших женах, детях – да она двоих его детей и так знает, получше его самого. Она с ними учится в одной школе. А еще про то, как он сделал победный удар в чемпионате лиги софтбола.

Перестав пыхтеть, он спрашивает:

– Так ты хочешь поехать?

– Куда?

– В Кабо.

– О'кей.

– А когда хочешь? – спрашивает Джерри Болван.

– Да без разницы, – пожимает плечами Нора.

Она уже выходит из машины, когда Джерри протягивает ей пакет, полный отличной травки.

– Эй! – окликает ее отец, когда Нора входит. Растянувшись на кушетке, он смотрит повтор «Восемь хватит». – Как прошел день?

– Отлично. – Девочка швыряет бэгги на кофейный столик. – Джерри тебе прислал.

– Для меня? Ну класс!

Так классно, что отец даже встает с кушетки, вдруг превращаясь в настоящего Мистера Инициативу, и сворачивает себе чудесненькую тугую самокрутку.

Нора проходит к себе в комнату и закрывает дверь.

Прям не поймешь, что думать про папочку, который за дозу продает собственную дочь.

В Кабо у Норы происходит встреча, перевернувшая всю ее жизнь.

Она знакомится с Хейли.

Нора лежит у бассейна рядом с Джерри Болваном, а эта дамочка на шезлонге, по другую сторону бассейна, явно рассматривает ее.